"ПОРТЛЕНДСКОЕ ДЕЛО" БИЗНЕСМЕНА ЛОНСДЕЙЛА
Парламентская газета, Москва, 19.01.2002

Александр ВИТКОВСКИЙ

Легенда и жизнь разведчика-нелегала Конона Молодого

В работе любого разведчика-нелегала правда и вымысел переплетены настолько, что подчас трудно разобраться и понять, где легенда, а где действительные факты из его биографии. Но и реальная жизнь иногда так фантастична, а обман настолько правдив, что невозможно определить, где истина. Такова судьба последнего советского разведчика-нелегала в Англии Конона Трофимовича Молодого. Именно так его звали на Родине. В Канаде и Великобритании он был известен как Гордон Лонсдейл, а в оперативных документах отечественной разведки проходил под псевдонимом "Бен".

Сегодня, в дни его 80-летия, отличить правду от вымысла можно лишь с помощью документов Службы внешней разведки да тех немногих оставшихся в живых людей, которые его знали и вместе с ним работали. Но гриф "Совершенно секретно" еще долго будет хранить тайну многих документов из его личного дела. Приоткрыть для читателей "Парламентской газеты" конспиративную завесу жизни Молодого, отличить правду от вымысла согласились его коллеги — разведчики Василий Дождалев и Джордж Блейк.

Представляем собеседника

Дождалев Василий Алексеевич, полковник в отставке. Родился в 1921 году в селе Лезвино под Ржевом. Как и все его сверстники, учился в школе, затем воевал, после Победы работал в авиационном институте, получил высшее образование. С сентября 1949 года призван на службу в органы госбезопасности. Пройдя специальную подготовку, работал с 1951 года в Англии, затем в течение четырех лет в Южно-Африканском Союзе (нынешняя ЮАР) и снова в Англии. Сейчас Василий Алексеевич преподает в Академии СВР.

Учитывая, что в жизни Конона Трофимовича легенды и быль неотделимы друг от друга, едва ли не все вопросы к моим собеседникам начинались с одной и той же банальной фразы: "А правда, что...".

 — А правда, Василий Алексеевич, что впервые за границу Конон попал еще девятилетним мальчиком и уже в то время НКВД положил на него глаз?

 — Он родился в Москве 17 января 1922 года и был вторым ребенком в семье. Отец — ученый, преподаватель физики, общественный деятель. Он умер, когда Конону было семь лет. Мать — врач-хирург. Тяжело ей было одной с двумя детьми. Но в 1931 году из Америки на несколько дней в Москву приехала ее старшая сестра, Анастасия, и предложила забрать детей в Калифорнию. Конон согласился. Но возникли проблемы с визой — американцы не хотели впускать в свою страну ребенка советских служащих. Тогда кто-то из родственников обратился к будущему руководителю НКВД Генриху Ягоде. Тот дал команду, и в церкви, где когда-то крестили Конона, переписали метрику, "сделав" его внебрачным сыном отца и младшей сестры матери, проживавшей в Эстонии. У нее, в Тарту, мальчик и дождался американской визы.

- Когда он вернулся на Родину?

 — В 1938 году. Тетя Анастасия не хотела отпускать его в СССР. К тому же другая близкая родственница имела в Париже весьма прибыльное дело — "Школу русского балета" — и хотела сделать Конона единственным наследником значительного капитала. Она даже фиктивно усыновила его. Но шестнадцатилетний юноша буквально взбунтовался и вскоре вернулся в Москву.

Здесь он окончил среднюю школу, и в 1940 году его призвали в РККА — Рабоче-Крестьянскую Красную Армию, в рядах которой он прошел всю войну, получив офицерское звание, три ордена и медали.

Легенда

Во время войны Молодый попал в плен. Его допрашивал интеллигентный немец, а затем вывел на крыльцо, дал пинка под зад и на чисто русском языке, да еще и с матерным загибом, скомандовал: "Катись-ка ты, парень, к той самой матери и больше не попадайся!" А через много лет после войны Конон встретил того "немца" на конспиративной квартире в Москве. Им оказался разведчик-нелегал Рудольф Иванович Абель.

 — Нет, — усмехается Василий Алексеевич. — В фашистском плену Молодый не был, и Абель его не допрашивал. Это чистейшей воды журналистский вымысел. А вот их встреча в Москве действительно состоялась, но значительно позже. (На снимке: К. Молодый с А. Акопяном и Р. Абелем.)

- Конечно, органы госбезопасности не могли пройти мимо боевого офицера, да к тому же прекрасно владеющего английским языком. Когда состоялось знакомство?

 — Это произошло во время учебы Молодого в институте внешней торговли, куда он поступил после войны. Он великолепно учился и предложение поступить на службу в разведку принял без колебаний.

Факт биографии

В июле 1951 года Конон Молодый получил диплом N 8103503 (с отличием) об окончании Института внешней торговли МВТ СССР и выписку из зачетной ведомости, где по всем 34 предметам значились только две оценки: "Зачтено" и "Отлично".

 — Затем была специальная подготовка, которую проходит каждый разведчик, а нелегал особенно.

- В марте 1955 года Молодый под именем канадского бизнесмена Гордона Лонсдейла приехал в Лондон. Но где и как он легализовался, получил подлинные документы? Правда ли, что согласно своей легенде он был единственным ребенком канадской семьи, погибшей во время наводнения в Ванкувере в 1927 году?

 — Нелегал — это разведчик, который должен вычеркнуть из собственной биографии многие факты и вжиться в образ совершенно другого человека. О гибели всей семьи во время наводнения в Ванкувере писали многие канадские газеты. В Центре была до мельчайших деталей продумана правдоподобная легенда спасения маленького мальчика, его усыновления другой семьей и даже выезда в другое государство. По другой легенде его родители, канадцы, незадолго до войны оказались в Польше, и их сын даже был участником польского Сопротивления немецким оккупантам. Ну а сотрудники английской контрразведки МИ-5 считали, что Молодый каким-то образом достал документы умершего канадца финского происхождения по фамилии Лонсдейл и стал жить под этими установочными данными.

- Так какая же из трех легенд настоящая?

 — Легенда на то и легенда. Она правдиво выглядит и в ходе проверки легко подтверждается, но... Но главное в том, что, перебравшись в Канаду, Конон Трофимович блистательно легализовался и даже получил свидетельство о своем рождении — пластиковую карточку, где было указано, что Гордон Арнольд Лонсдейл родился 27 августа 1924 года в небольшом поселке Кобальт провинции Онтарио. В Канаде он получил и другой очень важный документ — водительские права, которые в этой стране фактически являются удостоверением личности.

Но для выезда в Англию был нужен заграничный паспорт, который Министерство иностранных дел выдавало только при поручительстве двух уважаемых граждан этой страны, хорошо знающих заявителя. Так вот, Лонсдейл нашел таких людей, причем одним из них стал... священник местной церкви. В общем, легализация, на которую по расчетам Центра отводилось более полугода, была осуществлена за два с небольшим месяца. Делать все быстро и качественно — было отличительной чертой этого советского разведчика. За весь период его зарубежной работы лишь однажды кто-то из близких знакомых отметил, что Гордон мог бы работать в Советском Союзе — уж слишком у него восточнославянский тип лица.

- Но ведь и в Англии разведчик должен был легализоваться, чтобы не вызывать подозрений?

 — Конечно. А кроме этого обзавестись полезными связями, которые могли бы ему помочь в разведдеятельности. Для этого он поступил на курсы китайского языка при Лондонском университете, где в ту пору обучались многие американские и английские разведчики и военные. Конон вспоминал, что боялся проявить знание китайского языка, который он учил еще в Институте внешней торговли в Москве, и таким образом расшифроваться перед своим окружением.

- А правда, что в обычной, легальной жизни он был удачливым бизнесменом?

 — Да, но если бы кто-то занялся серьезной проверкой его финансов на первом этапе предпринимательской деятельности, то вполне мог бы заподозрить что-то неладное. С такими убытками вести бизнес было просто невозможно. Но это было только начало. Он занимался автоматами для продажи продуктов питания, и поначалу все издержки покрывались за счет КГБ. Последний раз я передал ему 1200 фунтов в 1958 году. Набив немало шишек, Конон стал преуспевающим бизнесменом, владельцем четырех фирм. Каждый из нескольких десятков его автоматов приносил чистой прибыли по 30-40 фунтов в месяц. А это немало.

Электронный замок, изобретенный на одном из его предприятий, получил Золотую медаль на выставке в Брюсселе в 1960 году. Ему предлагали продать производство этого замка за 100 тысяч фунтов, но он отказался. Приезжая на Родину, он со своих доходов только партийных взносов выплатил несколько тысяч фунтов.

Легенда

Находясь за границей, вдали от семьи, Молодый стал этаким повесой-плейбоем, не пропускавшим мимо себя ни одной юбки и ни одной рюмки.

 — Пьяницей и бабником разведчик не может быть по определению. Для этой работы всегда нужна трезвая голова, не страдающая похмельным синдромом. И жрицы любви тоже исключены. Именно такого сорта дам чаще всего подставляют разведчикам с целью компрометации. Но, с другой стороны, попробуйте представить молодого привлекательного мужчину, который "ни-ни" во всех отношениях. В лучшем случае его заподозрят в нетрадиционной сексуальной ориентации или, знаете, как у нас говорят: "Если не пьет, значит, либо больной, либо сволочь". А у разведчика главное свойство — ни чем не выделяться из своего окружения и не вызывать никаких подозрений.

- А какая оперативная задача стояла перед Лонсдейлом?

 — Прежде всего получать информацию о крупнейшем подводном исследовательском центре ВМС Англии на военно-морской базе в Портленде. Там проектировались атомные подводные лодки, аппаратура опознания "свой-чужой", средства поиска и защиты, вооружение. У меня как разведчика посольской резидентуры был в то время на связи Гарри Хаутон — наш агент, работавший в этом центре. Но как дипломат я не мог выезжать за 25-мильную зону для встречи с ним, а у него не было возможности часто бывать в Лондоне. Вот его я и передал на связь Лонсдейлу.

Факт биографии

В 1951 году на должность шифровальщика посольства Англии в Варшаве был назначен Гарри Хаутон. Вскоре он был завербован советской разведкой на материальной основе. В связи со злоупотреблением спиртными напитками Хаутон через несколько лет был переведен в Англию, где работал в кадровом аппарате центра ВМС в Портленде.

 — Вскоре с помощью Хаутона к сбору секретных материалов была привлечена его знакомая Этель Джи. Она занималась светокопировальными работами и имела допуск ко всем секретным документам и чертежам. Это был чрезвычайно важный источник информации. Именно с ее помощью Лонсдейл получал самые важные материалы. Оценивая работу этой нелегальной резидентуры, можно сказать, что Советский Союз знал о подводном флоте Англии столько же, сколько Адмиралтейство Ее Величества. Иными словами — практически все.

- Как работала резидентура? Ведь материалы нужно не только добыть, но и переправить в Москву.

 — Во избежание расшифровки разведчика-нелегала я встречался с Лонсдейлом лишь эпизодически, тщательно соблюдая требования конспирации. Поэтому вся схема самостоятельной деятельности резидентуры была отработана до мелочей. Получая для размножения секретные документы, Джи тайно снимала с каждого из них дополнительную копию, складывала эти экземпляры в "гармошку", которую и выносила за пределы центра. Кстати, она полагала, что работает на американскую разведку. Хаутон хранил у себя все эти ксерокопии и раз в месяц либо сам, иногда вместе с Джи передавал их Лонсдейлу во время личных встреч. В свою очередь наш разведчик приносил документы супругам Крогер, которые под видом владельцев антикварной лавки жили в Руйслипе — северо-западной окраине Лондона, в доме N 45 по Крэнли-Драйв. Крогеры переснимали документы на микропленку и с помощью тайниковых операций передавали их мне, разведчику посольской резидентуры. Также Крогеры поддерживали двустороннюю шифрованную радиосвязь с разведцентром в Москве (для этого у них была радиоаппаратура, способная передавать информацию со скоростью 250 слов в минуту, и мощный приемник), изготавливали микроточки для отправки в Центр, расшифровывали и передавали Лонсдейлу материалы, поступающие из советской разведки.

Факт биографии

Моррис Коэн, 1910 года рождения, уроженец Нью-Йорка. Окончил Колумбийский университет, в составе американской интербригады имени Линкольна воевал против фашистов в Испании. С 1938 года сотрудничал с советской разведкой. В 1941 году женился на Леонтине Терезе Петке, 1913 года рождения, уроженке США, которую привлек к сотрудничеству с советской разведкой. Супруги Коэн работали по "атомному проекту" в нелегальной резидентуре в США под руководством Рудольфа Абеля. В 1950 году в связи с угрозой ареста тайно вывезены в СССР. В 1954 году по новозеландским документам на имя супругов Хелен и Питера Крогер направлены в Англию, где активно сотрудничали в составе нелегальной резидентуры Молодого-Лонсдейла.

- В таком составе группа Лонсдейла успешно работала более трех лет. А правда, что ее раскрыли благодаря тому, что Гарри Хаутон, получая всего 700 фунтов жалованья, стал жить не по средствам на деньги советской разведки, что и привлекло внимание МИ-5?

 — В данной ситуации — на деньги от бизнеса Лонсдейла. Но проколов с его стороны не было. Конечно, за работу мы ему платили, но всегда заботились о том, чтобы его покупки не превышали разумных пределов. Его выдал предатель — руководитель английского отдела польской службы безопасности Михал Голеневский, которого завербовало ЦРУ под псевдонимом "Снайпер". Он знал, что советская разведка приобрела в Польше в качестве источника информации какого-то англичанина, и рассказал об этом американцам. Те проинформировали МИ-5, а уж найти конкретного человека — дело времени. Установив Хаутона, контрразведка вышла на Джи и Лонсдейла, а затем и на Крогеров. Англичане торопились, уж больно важная информация уходила к русским. А тут еще "Снайпер" бежал в США, и вся резидентура Лонсдейла, если б ее предупредили об этом факте из Москвы, могла просто исчезнуть. Тем не менее наших разведчиков изучали несколько месяцев. Лонсдейла арестовали 7 января 1961 года прямо на улице во время конспиративной встречи с Хаутоном и Джи, когда те передавали очередную партию копий секретных документов. В этот же день арестовали на квартире и Крогеров. Во время обыска в тайнике под полом у них были найдены радиопередатчик, шифроблокноты, аппаратура для изготовления микроточек. Радиопередатчик нашли и на квартире Лонсдейла.

- Когда состоялся суд и какие сроки дали обвиняемым?

 — Суд присяжных начался 13 марта 1961 года и длился десять дней. Хаутон и Джи получили по 15 лет тюрьмы, супруги Крогер — по 20, а сам Лонсдейл — 25 лет.

Легенда

После того как Конон Молодый оказался в лондонской тюрьме, советская разведка, опасаясь, что он выдаст адреса, пароли и явки своей агентуры или, что еще хуже, станет работать на англичан, подкупила смотрителя тюрьмы и через него подсунула осужденному отравленный завтрак. Лишь отсутствие в тот день аппетита спасло разведчика от смерти.

 — Это не легенда, это полный бред, — возмутился мой собеседник. — Если спецслужбы и заставляют арестованного выдать какие-то сведения, то делают это еще в процессе предварительного расследования, чтобы использовать полученные материалы в оперативных целях в борьбе с противником либо в ходе судебных слушаний. Именно так и поступили англичане в отношении Гарри Хаутона и Этель Джи, добившись от них полного признания. Предлагали англичане сотрудничество и Лонсдейлу, но он категорически отказался и не выдал никого. Более того, выгораживая свои связи, он всю вину взял на себя, заявив в суде, что и супругов Крогеров, и Хаутона с его подругой использовал "втемную", то есть без их ведома и согласия. А каково ему было в тюрьме, спросите у Джорджа Блейка.

- Георгий Иванович (так теперь зовут Блейка), судьба свела вас с Лонсдейлом не в самом приятном месте — в тюрьме. Как состоялось ваше знакомство?

 — Гордон Лонсдейл оказался там на три месяца раньше меня. Его осудили на 25 лет, и об этом писали все английские газеты. Мы, конечно, не были лично знакомы, но я внимательно следил за процессом по публикациям и даже видел его портрет в мартовском номере "Дейли экспресс". Потом и я получил свои 42 года и оказался в той же самой тюрьме. Содержали нас в разных одиночных камерах, часто их меняли, чтобы мы не смогли установить постоянный контакт и сбежать. Но мы почти ежедневно встречались во время прогулок в тюремном дворе.

- Как это происходило?

 — Английская контрразведка продолжала за нами наблюдение даже в тюрьме. Нас одели в серую робу с большими квадратами бурого цвета, пришитыми на спину и грудь. Все заключенные в тюремном дворе ходили по кругу, а мы — человек пять-шесть особо опасных арестантов — находились в центре. Вот здесь мы с ним и общались. Конечно, наше настроение в ту пору нельзя было назвать радостным. Но мы старались подбадривать друг друга. Рассказывали русские и английские анекдоты, обсуждали ход судебных слушаний, говорили о политике.

А вот о нашей разведывательной деятельности, конечно, не упоминали. Однажды Конон поразил меня тем, и это я запомнил на всю свою жизнь, что совершенно уверенно заявил, будто полувековой юбилей Великой Октябрьской социалистической революции мы будем вместе отмечать... в Москве на Красной площади. Представьте себе картину: два зека, осужденных за шпионаж и еще не отсидевших даже десятой части срока, разгуливают по тюремному двору и совершенно серьезно обсуждают вопрос: чем лучше согреваться во время военного парада и демонстрации трудящихся на Красной площади — русской водкой или шотландским виски? Конечно, тогда я ему не поверил, но был признателен за эмоциональную поддержку.

- И что же было потом?

 — Через три года его обменяли на англичанина Гревилла Винна, связника Пеньковского, арестованного советской контрразведкой. А через пять лет я бежал из тюрьмы и добрался до СССР. Это звучит как фантастика, но 7 ноября 1967 года мы действительно встретились с Кононом на гостевых трибунах Красной площади во время празднования 50-летия Октября.

- А правда, что, находясь в тюрьме, Молодый вел переписку с Крогерами, которые отбывали свой 20-летний срок?

 — Да. Власти разрешили обмениваться письмами. Конон всячески поддерживал супругов. Они были американцы и тяжело переносили заключение, особенно Хелен.

Факт биографии

Из тюремной переписки Молодого с Хелен Крогер

Вомвуд Скрабз. Тюрьма Ее Величества 06.04.61.

"... Для нас троих очень важно во всем разобраться. Я очень взволнован нашими приговорами. Я знаю, что мы можем принять все, что нам уготовит Бог... Днем я занят изготовлением брюк. Если бы ты только могла нас видеть за нашими швейными машинами, ты бы умерла от смеха. Когда-нибудь я сошью тебе пару брюк..."

Уинсон Грин роуд, Бирмингем, 18. Тюрьма Ее Величества 26.01.62.

"...для женщин разрешено пересылать в тюрьму туфли (черные, без каблука, конечно). Если это правда, то почему бы тебе не воспользоваться этим? Я действительно очень расстроился из-за твоего здоровья. Может, тебе стоит побольше делать физических упражнений?.."

 — Всего за неполных три года Гордон только Хелен Крогер написал около 50 писем, — закончил свой рассказ Джордж Блейк.

- Василий Алексеевич, — я вновь обращаюсь к Дождалеву, — а как происходил обмен Молодого на Винна? Где это было?

 — В Берлине, если мне не изменяет память, — на мосту через Шпрее, где проходила граница с западным сектором. А происходило все примерно так, как показано в фильме Саввы Кулиша "Мертвый сезон". Кстати, в основу сценария этой киноленты были положены некоторые фрагменты разведывательной деятельности Конона Молодого. Но тогда, в 1968 году, об этом мало кто знал.

Он сам консультировал фильм, встречался с исполнителем главной роли Донатасом Банионисом (на верхнем снимке). Они даже внешне чем-то похожи. А со вступительным словом к зрителям выступил Рудольф Иванович Абель. Это было первое выступление на киноэкране нашего разведчика-нелегала.

Факт биографии

11 октября 1970 года Конон Трофимович вместе с женой и друзьями поехал за грибами под Медынь, за 200 км от столицы. Вечером, сидя у костра, ужинали.

Молодый наклонился за грибом и вдруг повалился на траву, началась сильная рвота. Когда его довезли до ближайшей больницы, было уже поздно. На следующий день в Москве произвели вскрытие тела и выяснили диагноз — обширный инсульт.

- Василий Алексеевич, как сложилась судьба тех, кто работал вместе с Кононом Молодым и был арестован?

 — Хаутэн и Джи отсидели свой срок, вышли на свободу и остались в Англии. Потом Гарри Хаутон даже написал две книги о том, как он работал на советскую разведку: — "Операция "Портленд" и "Шпионское кольцо". Крогеров в октябре 1969 года обменяли на арестованного в Москве английского шпиона Джеральда Брука и еще двух англичан, отбывавших наказание за торговлю наркотиками. Супруги вернулись в СССР, занимались подготовкой наших разведчиков. Посмертно им присвоено звание Героев России. Леонтина скончалась в декабре 1993 года, Моррис — двумя годами позже. За всю историю нашей разведки такими высокими наградами бывшие граждане США были награждены впервые.

- И последнее. Правда, что Конон Молодый работал не только по "Портлендскому делу"? Какую еще он добывал информацию и как долго после его ареста действовали в Англии сотрудники его резидентуры, так и не раскрытые британской контрразведкой?

 — Я думаю, что ответ на этот вопрос мы, может быть, узнаем лет эдак через пятьдесят...