ТАИНСТВЕННАЯ ЭРНА
Независимое военное обозрение, Москва, 19.01.2001

Владимир ДЕНИСОВ, Павел МАТВЕЕВ Единственная "иностранка" из ИНО, дослужившаяся до звания подполковника КГБ.
Если ХХ век начинался ровно сто лет назад, то Лиза Розенцвейг появилась на свет вместе с ним. Она родилась под Новый год, 31 декабря 1900 г. в селе Ржавенцы Хотинского уезда Северной Буковины, которая тогда являлась частью Австро-Венгрии, позже отходила к Румынии, а сегодня входит в состав Черновицкой области Украины. Таким образом, имя этой женщины связано с историей четырех стран. Но в первую очередь она принадлежит истории России, которой служила с молодого возраста и где провела остаток лет.

Среди знаменитых советских разведчиц, прошедших в 20-е годы школу Коминтерна и Иностранного отдела ОГПУ (ИНО), Елизавета Зарубина-Горская-Розенцвейг занимает особое место. Хотя двадцать лет работы по линии нелегальной разведки в те годы не были редкостью.
В послужном списке Елизаветы Юльевны Зарубиной — десятки результативных операций, сотни приобретенных источников, ценных контактов и агентурных связей. Она свободно владела шестью языками, обладала высокой личной культурой и незаурядным умением привлекать к себе людей, в ее характере проявлялись неизменная скромность, легкая застенчивость. В СССР она была единственной из бывших иностранок, принявших советское гражданство, кто дослужился до звания подполковника КГБ.
Впервые о русской разведчице Зарубиной стало известно из публикаций в американской печати, когда после войны там рассекретили некоторые архивные документы спецслужб.
Тогда же появились и различные версии, с разной степенью достоверности раскрывавшие сенсационные подробности операций советской разведки в США в годы Второй мировой войны. После выхода в середине 90-х мемуаров Павла Судоплатова "Спецоперации" стала широко известна роль Зарубиной в добывании секретов американской атомной бомбы. Так, ею был установлен контакт с Робертом Оппенгеймером до того, как он возглавил атомный проект "Манхэттен". Сегодня российская разведка еще не готова открыть подлинное служебное досье Елизаветы Зарубиной — столь масштабной являлась ее деятельность на поле битвы спецслужб. Но в кабинете истории СВР ей посвящена отдельная музейная экспозиция. В официальных публикациях многие детали биографии разведчицы либо неточны, либо вовсе отсутствуют. Сведения о ней содержатся в полузакрытых партийных архивах.
Нечасто имя оперативного сотрудника разведки попадало в решения Политбюро.
Одно из таких решений повлияло на дальнейшую служебную карьеру Елизаветы Зарубиной-Горской. Оно датируется ноябрем 1929 г. и связано со знаменитым Яковом Блюмкиным, обвиненным в связях с Троцким:
"а) Поставить на вид ОГПУ, что оно не сумело в свое время открыть и ликвидировать изменническую антисоветскую работу Блюмкина;
б) Блюмкина расстрелять;
в) Поручить ОГПУ установить точно характер поведения Горской".
(РЦХИДНИ, фонд 17, дело 8).
Из этого эпизода некоторые историки делают неверное по сути заключение, что Горская была женой Блюмкина, когда тот в качестве резидента ОГПУ встречался с Троцким в Стамбуле. Об этой тайной встрече Блюмкин не поставил в известность свое руководство. Роль Горской, судя по документам, сводилась к тому, чтобы выяснить у Блюмкина его дальнейшие намерения. К тому времени она уже имела опыт работы в нелегальной разведке и вышла замуж за опытного разведчика Василия Зарубина. В 1931 г. в Париже у них родился сын Петр.
Как видно из официальных публикаций, подготовленных к 80-летию СВР, Зарубина была известна в советской разведке под кодовым именем Вардо. Здесь требуется некоторое уточнение. Действительно, это последний оперативный псевдоним Елизаветы Юльевны, один из многих других. Вардо Максималишвили — так звали одну из первых выпускниц разведшколы НКВД (Школа особого назначения), бывшую секретаршу наркома Берии, впоследствии работавшую по грузинской эмиграции в резидентуре МГБ в Париже. До войны Зарубина некоторое время преподавала в школе, обе женщины хорошо знали друг друга, отсюда, видимо, и псевдоним Вардо. Но более ранний — Эрна.
Так вышло, что последний период службы Зарубиной в разведке изучен наиболее полно. Чем дальше к истокам ее работы в ИНО — тем больше тайны. Перелистаем некоторые страницы биографии этой удивительной, таинственной женщины, касательно службы которой в архивах ЦК ВКП (б) и Коминтерна можно найти лишь неприметную ссылку: "в особом резерве".
Окончив гимназию сразу после Первой мировой войны, Лиза Розенцвейг в 1920 г. училась на историко-филологическом факультете Черновицкого университета, а с сентября 1921 г. по август 1922 г. — в парижской Сорбонне. Далее в октябре 1922 г. она поступает, а в июне 1924 г. оканчивает Венский университет, получив диплом переводчика французского, немецкого и английского языков. Еще в 1919 г., когда Буковина вошла в состав Румынии, будущая разведчица примкнула к местному революционному подполью, чему способствовала ее двоюродная сестра — румынская коммунистка Анна Паукер, брат которой Карл одно время возглавлял личную охрану Сталина.
В 1924 г. Елизавета Юльевна, будучи переводчицей в посольстве и торгпредстве СССР в Австрии, начинает сотрудничать с разведкой ОГПУ и тогда же получает советское гражданство. С марта 25-го по май 27-го она является сотрудницей резидентуры ИНО в Вене. Пройдя подготовку для работы в нелегальной разведке, направлена во Францию. В феврале 1928 г. приезжает в Москву, где ее зачисляют в кадровый состав ИНО и дают новую фамилию Горская. В 1929 г. Елизавета и Василий Зарубины начинают готовиться к нелегальной работе во Франции под видом чехословацких коммерсантов — супружеской пары Кочеков.
С паспортами на фамилию Кочек они легализуются в Дании, а затем их ждет Париж. Это был период, когда советская нелегальная разведка не имела проблем с квалифицированными кадрами, эпоха "великих нелегалов". Даже некоторые оглушительные провалы, которые иногда случались в разных странах, не снижали возможностей "соседей", оперативных успехов других групп и системы в целом. Французские связи Зарубиных еще не раскрыты, а некоторые из них, возможно, имеют ценность до сих пор. Часть контактов — например, из среды германских дипломатов в Париже — были активно задействованы позже, когда в Германии установилась фашистская диктатура. С декабря 1933 г. около трех лет нелегалы Зарубины действовали в гитлеровском рейхе.
Именно они привлекли сотрудника гестапо Вилли Лемана ("Брайтенбах"), одного из прототипов Штирлица, к работе на ИНО. Даже провал в 1942 г. "Красной капеллы" не затронул ценной агентуры, подготовленной Зарубиными в середине 30-х. Так, чиновник германского МИД, он же агент "Винтерфельд", продолжал успешно действовать и после войны. В известной мере благодаря "содействию"
ИНО НКВД перед войной американским властям удалось нейтрализовать активность профашистских группировок и германской агентуры в политических кругах США.
Америка стала вершиной оперативных успехов супругов Зарубиных. С декабря 1941 г. по август 1944 г. генерал-майор Василий Зарубин являлся главным резидентом НКВД-НКГБ в США, где его знали как первого секретаря посольства СССР Василия Зубилина. При этом Елизавета Юльевна сама вела оперативную работу по ряду направлений. Основу они заложили еще в 1937 г., когда посетили американский континент под нелегальными прикрытиями. Летом 1938 г. их, как и многих, отозвали в Москву. Между этими двумя командировками лежала полоса репрессий, во время которых почти весь кадровый и агентурный аппарат ИНО был разгромлен.
В руководстве подразделений разведки при Берии появились новые, совсем еще молодые сотрудники, пришедшие в органы НКВД по "ежовскому набору". Один из лейтенантов, будущий генерал-лейтенант, в конце 50-х ненадолго возглавивший нелегальную разведку КГБ, написал на "звезду" нелегальной разведки 13 февраля 1939 г. следующую справку:"До 1924 года Зарубина-Горская состояла в румынском подданстве, отец и мать ее (...) проживают в настоящее время в Румынии. В 1928 году, по рекомендации врага народа Запорожца, Зарубина поступила на работу в органы ОГПУ и начиная с 1928 по 1929 год и с 1930 по 1938 год все время находилась на закордонной работе по линии ИНО. За границей, во Франции и Румынии, Зарубина имеет много родных и родственников, с которыми поддерживает связь. В целях освежения аппарата отдела считал бы целесообразным откомандировать Зарубину-Горскую в распоряжение отдела кадров НКВД СССР" (стиль оригинала сохранен).
Зарубину уволили из разведки и из органов 1 марта 1939 г., назначив выходное пособие в размере четырех месячных окладов за 16 с половиной лет работы. Во многом благодаря стойкости и таких, как она, опытных профессионалов перед войной боеспособность советской разведки в кратчайшие сроки была восстановлена. Уже 19 апреля 1940 г. ее восстановили на службе: нужно было "освежить" деятельность разведсетей в Германии и Эстонии. В апреле 1941 г. она снова в Берлине — активизирует старые связи ИНО. С началом войны 29 июня 1941 г. ее вместе с персоналом советских представительств отправляют в СССР через Турцию. В Москве ее зачисляют в особый резерв НКВД. Через три года, вернувшись из США, Зарубина снова в резерве, на должности замначальника отделения, а в победном 1945 г. руководит 3-м отделением 8-го отдела внешней разведки НКГБ.
Летом 1946 г. Елизавета Зарубина — начальник 1-го отделения 8 отдела ПГУ МГБ, то есть возглавляет всю информационную службу по американскому направлению. Ее участие в атомной разведке отмечено орденом Красной Звезды (22.10.1944). Тем не менее следует новая отставка: 14 сентября 1946 г. она уволена из МГБ "за невозможностью дальнейшего использования" с постановкой на общевоинский учет. Опять в судьбу разведчицы вмешалась политика. Новому министру МГБ Абакумову требуются "свежие кадры". Свои "разборки" намечаются и в разведывательном управлении, которое вскоре объединят с ГРУ Генштаба, образовав в 1947 г. новый Комитет информации...
По иронии судьбы, талант Зарубиной вновь оказался востребованным с приходом Берии к руководству органами госбезопасности после смерти Сталина. Короткий период, с мая по август 1953 г., она работает в 9-м отделе МВД (разведка и диверсии) под руководством генерал-лейтенанта Павла Судоплатова. Подполковник Зарубина была уволена в третий раз, теперь уже окончательно.
Официальное признание ее заслуг пришло к ней через четверть века, в 1967 г., когда отмечалось 50-летие ВЧК-КГБ. Разведчица скончалась в преклонном возрасте, в 1987 г., став жертвой транспортного происшествия.
Для многих разведчиков Елизавета Зарубина являлась учителем и наставником. В ее характере сочетались высокая культура, столь дефицитная в те суровые годы, и оперативная выучка. Единственная в ИНО "иностранка" на руководящей должности. Для Кэтрин, жены Роберта Оппенгеймера, она была просто Лиза, близкая подруга еще со времен их знакомства в довоенные годы в Калифорнии.