1945 год


69. Доклад МИД Великобритании
70. Документ МИД Германии
71. Сообщение Первого управления НКГБ СССР в НКИД
72. Записка НКГБ СССР в НКВД СССР
73. Записка НКГБ СССР в ГКО
74. Сообщение резидентуры в Стокгольме
75. Сообщение резидентуры в Стокгольме
76. Справка Первого управления НКГБ СССР


69. Доклад МИД Великобритании

СОВ. СЕКРЕТНО
Экз. № 1

НКИД СССР

тов. ВЫШИНСКОМУ



Направляем для ознакомления секретный доклад исследовательского отдела английского министерства иностранных дел от 17.4.45 на тему: "Некоторые исторические тенденции русской внешней политики".
По ознакомлении документ просим вернуть.
ПРИЛОЖЕНИЕ: по тексту на 36 страницах.


НАЧАЛЬНИК I УПРАВЛЕНИЯ НКГБ СОЮЗА ССР

(ФИТИН)

Перевод с английского
СЕКРЕТНО

НЕКОТОРЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕНДЕНЦИИ
РУССКОЙ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ



1. СССР обладает величайшей в мире территорией, и в его истории водные пути играют важнейшую роль. Возникшее на болотах славянское государство развивалось по торговым путям, шедшим вдоль великих рек. На протяжении столетий политика русского государства определялась желанием выйти к открытому морю. Путь в Западную Европу через замерзающий порт Архангельск был открыт английскими купцами в ХVI веке. Незамерзающий порт Мурманск был слишком далек для того, чтобы им можно было пользоваться в качестве торгового выхода, до появления железных дорог. Тихий океан, к которому русские вышли в 1640 году, не использовался до конца XIX века, когда была построена транссибирская железная дорога.
В средние века балтийское побережье было закрыто для торговых городов (Новгорода и Пскова) тевтонскими рыцарями. Когда же эти города были захвачены возрастающей мощью Москвы, путь в Балтику все еще был закрыт шведами, немцами, литовцами и поляками. Лишь в начале ХVIII века Петр Великий "прорубил окно в Европу" в результате ряда тяжелых войн, и только к концу этого столетия побережье от Выборга до Мемеля перешло в руки русских. В ХVIII веке русские также вышли впервые к Черному морю. Азовское море было окончательно отобрано у турок в 1739 г., а к 1812 г. русские владения простирались от устья Дуная до Грузии.
2. В русской политике, начиная с ХVIII века, наблюдаются две ясных тенденции, которые, будучи основаны на чисто географических соображениях, пережили царский режим. Первой является непрекращающийся нажим для получения доступа к открытому морю. Это, очевидно, обусловит заинтересованность СССР в Петсамо (лучшем порте, нежели Мурманск), в Персидском заливе и в порте на Тихом океане (вроде Порт-Артура или Дайрена), для которого, в отличие от Владивостока, не требовались бы зимой ледоколы. В прошлом эта тенденция также вызывала чрезвычайную заинтересованность России в проливах, контролирующих выход из Черного моря. Эта заинтересованность будет не снижаться, а, наоборот, возрастать по мере восстановления и расширения советской промышленности. К этому можно добавить желание участия в установлении режима для проливов, контролирующих выход из Балтики.
3. Второй неизменной тенденцией в русской политике является желание занять на западе и укрепить стратегическую линию, которая в общих чертах соответствует границе 1941 г. и базируется на Западной Карелии, прибалтийских государствах, Припятских болотах, Карпатах и Дунае и гарантируется на фланге уверенностью в том, что проливы никогда не будут находиться в зависимости от какой-либо другой державы. Эта линия (которая, за исключением Прибалтийских государств, примерно совпадает с этнографической западной границей России, Белоруссии и Украины) была завоевана Россией и защищалась ею в ХVIII веке (кроме Бессарабии, присоединенной в 1812 г.). Россия вышла за ее пределы только после того, как европейское равновесие было нарушено Наполеоном, произведя неловкое присоединение великого княжества Финляндского и так называемой "конгрессовой" Польши. Обе эти территории сохраняли полуавтономный статус в пределах русской империи на протяжении многих лет, никогда не были полностью освоены и если бы даже правительство ЛЕНИНА было в 1918 г. сильным, а не слабым, оно наверное сочло бы благоразумным согласиться с их отделением.
Нет оснований полагать, что СССР захочет вновь присоединить к себе какую-либо из этих территорий после войны, если у него будут надлежащие гарантии против возрождения военной мощи Германии. С другой стороны, он будет настаивать на сохранении своей границы 1941 г., которая на всем своем протяжении на западе представляет не результат притязаний, а исторически обусловленную стратегическую и этнографическую черту. Граница 1941 г. с Финляндией приблизительно совпадает с границей, установленной в 1721 г. Граница 1941 г. с Польшей почти точно совпадает с границей, установленной в 1763 г. Граница 1941 г. с Румынией по Дунаю совпадает с границей, установленной в 1812 г. Кроме того, в дополнение к стратегическим соображениям, граница с Польшей и Румынией установленная в 1941 г., включает в пределы Украинской ССР всех украинцев, за исключением проживающих в Прикарпатской Украине. Принимая во внимание попытки Франции после революции 1917 г. отделить Украину от СССР и аналогичные намерения немцев, высказанные в "Майн Кампф" и осуществленные впоследствии, правительство Советского Союза, вероятно, будет считать политически важным для своей безопасности и неприкосновенности, чтобы за пределами его границ не оставалось значительной группы украинцев, могущей превратиться в очаг сепаратистской пропаганды. Наконец, сюда входят и соображения престижа. Советское правительство и пресса описывают население, присоединенное в 1939-40 г.г., как "освобожденное", а присоединение Прибалтийских государств и Восточной Польши представляется как основанное на народном голосовании. Поэтому им было бы чрезвычайно трудно оправдать в глазах своего собственного населения оставление этих территорий, даже если бы Советское правительство и было расположено по другим соображениям пойти на такой шаг. Советские настояния на сохранении границ 1941 года, конечно не исключают возможности их пересмотра, но Советское правительство будет считать и захочет, чтобы и другие считали, что оно (как, например, при предложении начать переговоры с Польшей на базе линии Керзона) делает большую уступку, соглашаясь на рассмотрение вопроса об уступке того, что оно считает законно себе принадлежащим.
4. Относительно этой стратегической линии можно утверждать, что русская политика на западе была исторически по преимуществу оборонительной, за исключением имевших место в XIX столетии на Балканах выступлений, которые имели целью отчасти противодействие продвижению Австрии к проливам, а отчасти - укрепление русского влияния. Эта историческая тенденция к обороне будет значительно усилена обстановкой, при которой СССР выйдет из этой войны. Население его будет истощено войной и лишениями; большое число городских центров Советского Союза и значительная часть его промышленности будут уничтожены. На много лет вперед (по крайней мере в течение 20-летнего срока англо-советского договора) правительство Советского Союза будет занято исключительно внутренним восстановлением, обусловленным войной и возобновлением выполнения грандиозных планов национального развития, выполнение которых, как считалось в 1939 г., потребует 10 или 15 лет. В то же время Советский Союз встанет перед проблемами собственной внутриполитической эволюции в сторону либерализации и в области урегулирования отношений между Москвой и нерусскими народами, первым шагом к которому было изменение конституции, произведенное 1 февраля 1944 г. и последующее создание комиссариатов иностранных и военных дел в ряде Советских республик. Чаша весов, таким образом, сильно склонится в сторону неагрессивной политики, при которой безопасность СССР - при условии, что интересы, рассматриваемые им, как жизненно важные, будут гарантированы - лучше всего будет обеспечиваться объявленной им политикой сотрудничества с США и Великобританией.


А. ГЕРМАНИЯ

5. Для попыток предсказания характера послевоенных взаимоотношений между СССР и Германией ценность истории весьма ограничена: слишком много важных факторов изменилось за последнее время. Так, например, до 1914 г. положение осложнялось существованием габсбургской монархии, а с 1917 г. по 1935 г. и даже позже французская (истинная или предполагаемая) политика создания из Восточно-Европейских государств санитарного кордона против СССР, а равно и против Германии, естественно, отражалась на взаимоотношениях этих двух государств. Можно считать, что после окончания этой войны не будет ни крупного дунайского блока, ни санитарного кордона.
6. Со всеми этими оговорками в отношениях России с Германией могут быть установлены одно или два неизменных положения:
1. Желание держать Германию (и любую другую страну) в отдалении от восточного побережья Балтики.
2. Сопротивление германскому продвижению в Польшу, которое нормально вызывает ответное русское продвижение.
3. Сопротивление проникновению тевтонов на Балканы и особенно к проливам.
4. Сопротивление любой группировке в Центральной Европе, которая может быть использована Германией в качестве орудия против России.
5. Интерес русских к внутренним делам Германии обычно диктовался их заинтересованностью в безопасности и неприкосновенности их собственных территорий.


ПОЛЬША И БАЛТИЙСКИЕ ГОСУДАРСТВА.

7. Советские журналисты в настоящее время широко используют факт славянской оппозиции тевтонским рыцарям в 13 и 15 веках. Вслед за укреплением власти ГОГЕНЦОЛЛЕРОВ в Восточной Пруссии последовало завоевание Петром Великим у Швеции нынешних Эстонии, Латвии и Западной Карелии, раздел Польши в 18 столетии, расширивший прусский контроль над южными берегами Балтики, а также передача в руки России современной Литвы, Западной Украины и Западной Белоруссии, за которыми последовало присоединение Финляндии в 1809 г. и Польши в 1815 г. В начале 19 столетия прусско-русская дружба основывалась на признании Пруссией русского контроля над Восточной Прибалтикой. Война 1914-1918 г.г. не была вызвана германскими честолюбивыми претензиями на Балтийском море, но поражение русских привело к германской оккупации нынешних Балтийских государств и к фактической оккупации ФИНЛЯНДИИ. На протяжении мирных лет СССР все время опасался германского проникновения в Балтийские государства и Финляндию, и когда вспыхнула война в Европе в 1939 г., он снова занял Западную Карелию и Балтийские государства.
8. Судьба Польши находится в неразрывной связи с русскими взаимоотношениями с Германией. Присоединение Россией Польши в 1815 г. объясняется опасениями, что в результате слабости Польши Пруссия получила возможность продвинуться слишком далеко на восток во времена трех разделов. Польша, однако, была непереваримой, и ее независимость была добровольно признана Россией в 1918 г. Немецкое стремление на восток в Польшу в 1939 г. привело, как и в 18 веке, к русской оккупации Западной Украины и Белоруссии. СССР, несомненно, надеется сохранить полный суверенитет этих балтийских и польских территорий после настоящей войны. Если это желание не будет нарушено и если Советское правительство получит заверение, что Германия не сможет снова окрепнуть, нет никаких оснований предполагать, что СССР будет в дальнейшем предъявлять территориальные претензии в этом районе, за исключением одного или двух стратегических пунктов, вероятно Ханко и, возможно, Аландских островов, а также даже в вопросе контроля над Кильским каналом. Если, однако, в результате провала сотрудничества союзников СССР получит какие-либо основания предполагать, что Германия не станет слабой, он, вероятно, как в 1815 г. потребует более непосредственного контроля над Польшей, так как нет оснований предполагать, что маршал СТАЛИН не думал над своими словами, когда он торжественно заявил, что хотел бы видеть сильную и независимую Польшу. Однако Польша по образцу 1918-19 г.г. оказалась слишком слабой, чтобы располагать самостоятельной политикой. Преследуемая мечтами о своем господстве в 17 и 18 веках над Литвой и Украиной, она в начале обратилась к Франции и затем к нацистской Германии за поддержкой ее антисоветской политики.
СССР будет, несомненно, рассматривать любое польское правительство, которое полностью не отречется от подобной претензии, как недружественное. Это отречение будет отмечено добровольным признанием границы 1941 г., а принятие Польшей территорий в Восточной Пруссии, Силезии и даже Померании будет иметь тройное преимущество, с советской точки зрения, так как это поссорит Польшу с Германией и предотвратит, таким образом, прогерманскую ориентацию польской политики, усилит промышленную мощь дружественной Польши и, наконец, уменьшит политическое влияние внутри Польши класса земельных собственников, которых советское правительство не без основания рассматривает, как источник оппозиции в отношении СССР и как провозвестников экспансии на восток.


НЕМЦЫ НА БАЛКАНАХ

9. Пока самая большая часть Балканского полуострова находилась под турецким владычеством, Австро-Венгрия и Россия могли оставаться союзниками и врагами в разной степени, компенсируя друг друга за счет Турции. Но по мере того, как Балканские государства вышли из-под влияния распавшейся оттоманской империи, этот перемежающийся союз превратился в открытое соперничество, которым каждая страна стремилась создать и сохранить власти дружественные им правительства в номинально самостоятельных или автономных государствах. Панславянский призыв завоевал поддержку России, Болгарии, Сербии и Черногории и даже со стороны хорватов и словенов в пределах Австрийской Империи; призыв православных использовался, хотя и с меньшим успехом, в Румынии и Греции также, как и в славянских государствах, Австрия, которая не была склонна делать такого рода призывы к балканскому национализму, основывалась, главным образом, на данной ей экономической и стратегической властью над венгерской равниной и верхнедунайской долиной, контролируя все торговые пути и железные дороги в Центральную Европу, и она искусно настраивала Балканские государства друг против друга.
1878 г. является решающей датой. В этом году Австрия (при помощи англичан) нарушила русскую схему "Великой Болгарии" с доступом к Эгейскому морю при помощи которой Россия надеялась обойти проливы. Германо-австрийское объединение искусно использовало разочарование Венгрии, чтобы привлечь влиятельные правящие группы в Болгарии в оппозиции к России, которая оказалась слишком слабой, чтобы удовлетворить их территориальные претензии. В Балканских войнах триумф и единство инспирированной русскими балканской лиги были нарушены выходом Болгарии, которая по настоянию автономной Венгрии напала на своих прошлых союзников. Ее поражение в 1913 г. обеспечило ее верность Австрии и Германии в войне 1914-18 г.г. и ее разочарование Нейским договором сделало ее легкой добычей нацистского влияния.
10. Австро-Венгрия не пережила 1918 г., но гитлеровская Германия укрепила свою экономику и стратегическое положение за счет Балкан, в начале при помощи торговых договоров, затем решительнее, путем присоединения Австрии и Чехословакии. Советский Союз отнесся к этому с неодобрением, и даже в 1941 г., перед немецким нападением на СССР, когда последний все еще оставался нейтральным, Советское правительство и пресса побуждали Грецию, Югославию и Болгарию сопротивляться проникновению агрессии нацистов. Таким образом, два первых принципа советской политики на Балканском полуострове после поражения нацистской Германии должны сводиться к следующему:
а) Германия никогда не должна получить возможности контролировать Вену или Прагу.
б) Дунайская федерация будет рассматриваться с большим подозрением, если будут какие-либо указания на то, что во главе ее могут стать прогерманские австрийские или венгерские элементы, возобновив таким образом блок центрально-европейских государств 1879-1918 г.г. СССР будет поощрять соответственно полную подлинную независимость Чехословакии и Австрии. Он захочет (на стратегической скорее, нежели на политической основе) наблюдать социальную революцию в Венгрии, которая свергнет прогерманские и монархистские элементы. Если эти жизненно важные стратегические позиции будут обеспечены, то заинтересованность Советов в Балканах будет незначительной. Они будут, безусловно, настаивать на восстановлении Бессарабии, которая была русской с 1812 по 1918 г. и захват которой Румынией никогда не признавался Советами, Возвращение ее будет иметь двойное преимущество: предоставление СССР возможности контроля над устьем Дуная и в связи с возвращением северной Буковины (присоединенной в 1940 г.) вовлечение еще группы украинцев. Поскольку границы 1941 г. восстановлены, то заявление т.МОЛОТОВА, что СССР не имеет территориальных претензий по отношению к Румынии и не имеет намерений свергнуть ее социальный строй, представляет, очевидно, предполагаемую русскую политику. Как указал премьер БЕНЕШ, маршал СТАЛИН, как будто одобряет возвращение Трансильвании Румынии, чтобы уменьшить стратегическую угрозу Балканам со стороны прогерманской Венгрии.
Особенно дружественные взаимоотношения существуют, как будто, между СССР и двумя южными славянскими государствами, однако нет оснований предполагать, что, поскольку германская угроза Балканам ликвидирована, не может быть и речи о непосредственном политическом контроле и еще меньше о включении в состав СССР, и, возможно, что в случае создания там после войны правительства левого крыла оно могло бы надеяться на поддержку советами требования доступа к Эгейскому морю. Это, однако, не предвидится, пока режим проливов не будет соответствовать советским требованиям. Если сотрудничества союзников в этом деле не будет, СССР может поддержать претензии Болгарии на получение выхода в Эгейское море, вернувшись таким образом к своей политике "Великой Болгарии" 1875 г.

11. Наконец СССР безусловно захочет лишить Германию возможности снова наложить экономическую лапу на Балканы, как это было в 30 годах.
Много лет после войны СССР не сможет вывозить в Балканские страны предметы производства, получаемые ими прежде из Германии. Среди возможных выходов могут быть рассмотрены два:
а) чтобы эти предметы ввозились из Великобритании;
б) чтобы местная промышленность в Балканских странах спешно развивалась при помощи иностранного капитала.
Нет оснований предполагать, что СССР будет протестовать против любого разрешения, при условии уверенности, что нет намерения заменить германское экономическое господство на Балканах английским. Подобная уверенность могла бы быть создана подробными консультациями и, возможно созданием некоего интернационального органа для привлечения капиталов на Балканы, где СССР должен быть представлен в соответствии с его политическими интересами в этой части Европы.


ВОСТОЧНО-ЕВРОПЕЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ

12. Правительство Советского Союза неоднократно решительно высказывало свое отрицательное отношение к ней, хотя оно заявило на Московской конференции, что в "должное время" оно будет готово рассмотреть этот вопрос в свете опыта послевоенного сотрудничества с другими союзными нациями и обстоятельствами, которые могут возникнуть после войны. Насколько советы против, настолько поляки выступают за эти планы. Правительство Советского Союза опасается:
а) Что подобная схема станет инструментом для осуществления польской мечты о создании блока "от Балтийского до Черного моря", который возобновил бы в новой форме примечательную Польско-Литовскую империю, какой она была в 16 и 17 веках. Польские ораторы не скрывают своего желания включить Балтийские государства в такую федерацию, не говоря уже о тех польских территориях, которые были присоединены Советским Союзом в 1939 г. Оба эти района, как мы видим, рассматриваются Советским правительством жизненно важными как в стратегическом, так и в политическом отношениях; больше того, его собственный престиж внутри страны связан с сохранением районов, которые "добровольно" пожелали войти в состав СССР.
б) Правительство Советского Союза опасается также, что подобная конфедерация, даже если она не направлена на отделение Балтийских государств и Украины от СССР, будет возглавляться антисоветскими элементами в Польше, Венгрии, и других странах и таким образом может подпасть под германское влияние или влияние другой страны, которая захочет проводить антисоветскую политику.


СССР и БУДУЩЕЕ ГЕРМАНИИ

13. Россия, как и Великобритания, ничего не сделала, чтобы препятствовать объединению Германии в 19 столетии, обе страны рассматривали это с благосклонным нейтралитетом. В 20 веке Россия стойко выступала против германского нажима в восточном и в юго-восточном направлениях. После войны 1914-19 г.г. сложилось исключительное положение, так как большевистское правительство в России не признавалось западными державами, принимавшими участие в вооруженных попытках свергнуть его. Россия была, таким образом, брошена в объятия Германии. (Договор в Рапалло 1922 г.). Намерение большевизировать Германию было заменено военным и экономическим сотрудничеством. Возникло тесное взаимопонимание между рейхсвером и Красной Армией. Это взаимопонимание, однако, было основано на слабости и изоляционизме обеих сторон. Подобно "Дрейкейзербунд" 19 столетия оно прекратилось, как только Германия стала снова сильным военным государством.
В 30-х годах СССР был последовательным защитником коллективной оппозиции германской агрессии. Надо думать, что отмена этой политики в 1939 г. объясняется русскими опасениями (хотя и неоправданными), что Великобритания и Франция не намеревались вести эффективную борьбу против Германии и что англо-французская политика направлена на отвод германской агрессии на восток.
14. Между 1918 и 23 г.г. Советское правительство, несомненно, прилагало усилия в сторону коммунизации Германии. После 1923 г. этот план был оставлен для более непосредственных политических и экономических выгод. Германская коммунистическая партия оказалась неспособной воспрепятствовать нацистскому движению. Вполне возможно, что после этой войны в Германии может возникнуть своего рода коммунистическое движение. Однако весьма невероятно, чтобы современное правительство СССР положительно рассматривало коммунистическую Германию при всех условиях, в течение многих грядущих лет. Если бы Германия вошла в состав СССР как составная республика, более высокое экономическое и техническое развитие ее и более высокий жизненный и политический уровень ее населения, несомненно, дали бы немцам право требовать господствующего положения, что, несомненно, не приветствовалось бы как Кремлем, так и вообще народами России. Весьма существенной задачей Советского правительства было оградить его политически отсталое население от общения с западными идеями, и оно едва ли изменит эту политику в пользу народов Германии, которые непрерывно на протяжении дюжины лет начиняются антикоммунистическими и антиславянскими идеями нацизма. Предполагаемая "большевизация" определенной части нацистской партии в конце настоящей войны может, в силу вышеуказанных причин, встретить только враждебное отношение со стороны Советского правительства. Даже если допустить невероятный случай, что Кремль решит последовать подобной политике, то почти невозможно, чтобы многострадальный русский народ, после трех лет суровейших в истории битв, вступил в дружественные взаимоотношения с немцами.
Первым требованием СССР после поражения Германии будет получение длительного периода безопасности и мира, во время которого он сможет перестроить разрушенные промышленные районы на Украине. При условии гарантии ему безопасности в результате эффективного сотрудничества с западными союзниками в деле обезвреживания Германии СССР будет первым долгом заинтересован в получении репарации в виде машин и рабочих из Германии. Для выполнения этой цели СССР, несомненно, будет поощрять согласие и стабильность в Германии (как и в Италии) для того, чтобы можно было начать вертеть колеса промышленности на благо СССР. Советский Союз, однако, будет настаивать на строгом контроле тяжелой промышленности, оставленной Германии для того, чтобы ее продукция в первую голову могла использоваться для реконструкции районов в СССР и других местах, опустошенных Германией, и никоим образом для перевооружения Германии.
СССР будет способствовать восстановлению независимости Чехословакии, Австрии и Дании с соответствующими границами, включению германских промышленных районов в Польшу и даже Францию и Бельгию и, возможно, полному разделу Германии, если удовлетворительные гарантии не будут предоставлены со стороны остальных союзников, что ей никогда больше не будет дана возможность представить военную угрозу. Возвращение к рапальской дружественной политике с Германией возможно только в том случае, если повторятся условия, предшествовавшие Рапалло, а именно, если правительство Советского Союза увидит, что то, что оно рассматривает, как свои жизненные интересы, не принимается во внимание западными союзниками, или если оно не получит удовлетворительных гарантий, что Германии не будет дана возможность восстановить ее экономическое, а также военное могущество, существовавшие до 1939 г. Если подобный срыв сотрудничества с союзниками произойдет, СССР сможет обратиться к политике 1923-39 г.г. Необходимо напомнить, что дружественные отношения между СССР и Германией не влекли за собой попытки со стороны Советского Союза коммунизировать Германию, наоборот, дружба основывалась, главным образом, на отказе от подобных попыток. В Германии немало будет некоммунистически настроенных немцев, выступающих за русскую ориентацию в политике, не может быть, однако, никакого сомнения, что подобная политика будет рассматриваться правительством Советского Союза, как худший вариант по сравнению с сотрудничеством с западными союзниками, и это не будет соответствовать историческим интересам России.


В. ФРАНЦИЯ и ЧЕХОСЛОВАКИЯ

15. За последние 200 лет, как только Россия чувствовала опасность со стороны Германии, она начинала искать (и обычно находила) союз Франции. Исключениями являются такие периоды, когда Франция была слишком сильна, чтобы опасаться Германии (наполеоновский период), хотя даже тогда Наполеон и Александр смогли придти к соглашению в 1807 г., которое было нарушено только французской агрессией, или когда Россия не опасалась германского проникновения на восток (Крымская война, Франко-прусская война). Во время Крымской войны угроза австрийской интервенции против России была достаточно сильной, чтобы вынудить последнюю достичь соглашения с Англией и Францией. Третьим исключением был период с 1917 по 1933 г., период затмения России и Германии как первостепенных государств - когда внутренние социальные соображения руководили в проведении Францией политики санитарного кордона.
Однако индустриализация СССР и приход ГИТЛЕРА восстановили такое же соотношение сил, какое существовало на протяжении 20 лет до 1914 г. СССР присоединился в 1934 г. к Лиге наций по настоянию Франции, и в следующем году был подписан франко-советский договор о взаимопомощи. Больше того франко-русский союз был затем усилен в результате присоединения Чехословакии, которая, как славянское государство в центре Европы, имела больше всего оснований опасаться германской экспансии в долину Дуная для достижения контроля над Балканами.
16. Однако в 1938 г. франко-русский союз провалился и Чехословакия пострадала. Основные причины этого провала были:
1) В сохранении русского союза Франция не была единодушна. Подписанный ЛАВАЛЕМ договор был ратифицирован через десять месяцев. Как и перед 1914 г., хотя по иным причинам, наблюдались идеологические противоречия, мешающие союзу с русскими, исходящие на сей раз со стороны значительной части французского населения, для которой опасения коммунизма продолжали оставаться весьма реальными.
2) Военное значение союза с русскими сильно недооценивалось, частично в результате большой чистки в СССР в 1937-38 г.г. В силу этих причин Франция стремилась к сотрудничеству с Великобританией, вместо союза с Россией, пока, наконец, в Мюнхене не была сломлена франко-чехо-русская группировка.
17. После поражения Германии ни одно из этих соображений не послужит существенным препятствием для франко-русского союза. С одной стороны, возросший национализм в СССР и уничтожение Коминтерна, наряду с активностью французской коммунистической партии, сопротивляющейся германской оккупации, уменьшили опасности большевизма во Франции; с другой стороны, многие руководители оппозиция франко-советскому союзу дискредитировали себя своим сотрудничеством с немцами. В то же самое время победы Красной Армии и несостоятельность военного союза с Великобританией, как единственной гарантии французской территориальной неприкосновенности, как обнаружилось в 1940 г., могут также направить мнения ответственных военных и гражданских кругов Франции в сторону полного военного сотрудничества с СССР.
18. Можно поэтому предполагать, что существующий уже тесный союз между СССР, Чехословакией и Французским Комитетом Национального Освобождения будет в должное время превращен в подлинный тройственный союз. На самом деле, очевидно, только существующий статус Французского Комитета Национального Освобождения и разногласия в вопросе англо-американских взглядов помешали подписанию франко-советского договора, аналогичного договору, подписанному между СССР и Чехословакией в декабре 1943 г. Во всяком случае, будет ли заключен формальный договор или нет, СССР будет, очевидно, защищать полное восстановление Франции и Французской империи и поддерживать французские интересы и политику во всем мире, а особенно в Средиземном море. Также возможно, что если бы Франция выставила требование присоединить или оккупировать район вдоль левого берега Рейна, это бы встретило поддержку со стороны Советов. Насколько это касается Чехословакии, Москва уже как будто согласилась на восстановление домюнхенских границ (несмотря на большинство украинского населения Прикарпатской Украины) и на поддержку чехословацкого правительства, если оно захочет выселить всех подданных германского происхождения. Правительство Советского Союза использовало в целях пропаганды некоторое видимое нежелание со стороны Великобритании и США выполнить требования Французского Комитета Национального Освобождения и правительства Чехословакии (полного признания в одном случае и подтверждения домюнхенских границ в другом). Это подкрепит исторические и стратегические доводы, направленные к тесному сотрудничеству между тремя странами в послевоенный период. Необходимо также отметить, что правительство Советского Союза не настаивало на включении коммунистов ни в состав Французского Комитета Национального Освобождения, ни в состав чехословацкого правительства, в соответствии со своей политикой невмешательства во внутренние дела других стран.


С. Турция и проливы

19. Россия имеет два основных интереса в проливах - стратегический и экономический. Последний возник с 1829 г., когда по Адрианопольскому договору невооруженные суда получили право беспрепятственного прохода через проливы, в период, когда Турция пребывает в состоянии мира. Для дореволюционной России было чрезвычайно существенно, чтобы это право провоза ее зерна, а позднее и нефти, сохранилось, и хотя этот экспорт с 1917 г. сократился, принцип свободного прохода все еще остается важным.
20. Стратегические требования русских в отношении проливов обычно меняются в зависимости от ее могущества. Когда она слаба (а в морском отношении она обычно слаба), цель ее заключается в изгнании флотов других государств с Черного моря. Когда она сильна, она жаждет найти право выхода для ее собственного флота. Первая цель была обеспечена Лондонской конвенцией от 1841 г., по которой иностранным военным кораблям запрещалось проходить в водах Черного моря, пока Турция находится в состоянии мира. Во время же Крымской войны Англия и Франция в союзе с турками направляли свой флот в Черное море. Снова в 1878 г. была продемонстрирована русская уязвимость в отношении нападения с моря. Отправка британского флота через Дарданеллы спасла Константинополь, и угроза английской морской мощи была в значительной мере причиной уничтожения Сан-Стефанского договора, при помощи которого была создана прорусская Болгария с выходом в Эгейское море. В войне 1914-18 г.г. Россия снова была отрезана от Средиземного моря переходом Турции и Болгарии на сторону немцев. В настоящей войне, даже при наличии нейтральной Турции, СССР был снова отрезан от остального мира, после оккупации Германией Болгарии и островов в Эгейском море.
21. В 1915 г. Великобритания и Франция обещали России Константинополь и европейскую часть Турции, до линии Инос Мизия (?). Это обещание удовлетворяло наиболее крайние требования русского министерства иностранных дел и было результатом сильной торговли на определенном этапе войны, когда Россия понесла большие военные поражения, а союзники считали необходимым держать ее в состоянии войны. Этот тайный договор был нарушен революцией 1917 г.
Во время интервенции снова проявилась уязвимость русских как морского государства; это проявилось, когда поражение Турции дало возможность британскому и французскому флотам войти, при желании, в Черное море. Лозанский договор (1923 г.) увековечил подобное положение, разоружив проливы окончательно и сделав доступ к ним свободным для любой сильной морской державы - положение, которое Россия всегда рассматривала, как менее благоприятное, чем иметь их укрепленными даже потенциально враждебной Турцией. Это чрезвычайно неудобное для СССР положение не пересматривалось до 1933 г., когда оно было подвергнуто пересмотру конвенцией в Монтре и то только частично. К этому времени СССР и Турция уже не были париями; СССР находился в союзе с Францией, и вместе СССР и Турция рассматривались, как потенциальные союзники против держав оси. Соответственно Турции были снова предоставлены права укрепить проливы. Нечерноморским странам запретили отправлять крупные суда военного характера, подводные лодки или авианосцы через проливы, а также был сильно ограничен тоннаж легких военных судов. Советские военные суда получили право прохода с разными ограничениями. Военные суда всех воюющих стран исключались при любых условиях. Турецкое правительство было осмотрительно в вопросе открытия проливов для нечерноморских держав. Идеальным разрешением вопроса, с советской точки зрения, было бы установление положения, предусмотренного договором между Советским Союзом и Турцией от 1921 г., по которому режим проливов должен был решаться только черноморскими государствами.
22. Вполне возможно, что после настоящей войны, во время которой Советское правительство вряд ли было удовлетворено нейтралитетом Турции, оно снова будет настаивать на видоизменении заключенной в Монтре конвенции. В прошлом политика России обычно сводилась к сохранению слабой Турции у проливов, что представляет меньшее зло, чем контроль сильной морской державы или группы стран или пытаться захватить проливы самой, если (как в конце 19 столетия и затем снова в 1915 г.) Турция будет либо находиться в опасности поражения, либо будет во вражде с западными державами. Недостаток контроля над проливами Турцией, с точки зрения русских, явно проявляется в военное время, когда слабая Турция может подпасть под влияние противников России, независимо от того, являются ли они морскими государствами как Великобритания и Франция (как во время Крымской войны, 1878 и в 1918-1920 г.г.) или Германия, занимающая Балканы (как в 1914-1918 г.г. и в настоящей войне). Необходимо отметить, что как Англия в союзе с Францией, так и Германия проявили свою способность закрыть Балтику для русских, а также Черное море в течение нескольких раз: в 1853-56 г.г., 1914-1918, 1918-1919 г.г. и 1941-1944 г.г.
23. Возможно также, что в силу указанных в предыдущем параграфе причин СССР будет препятствовать союзу Турции с сильной морской державой, как Великобритания, если этот союз не будет трехсторонним, так, чтобы Советский Союз получил хотя бы некоторое участие в контроле над проливами и сумел гарантировать, чтобы Турция не открыла их другим странам без согласия СССР. Для СССР право прохода через проливы неценно, если этот проход может эффективно контролироваться более сильной морской державой. Поэтому пока Королевский морской флот господствует в Средиземном море, интересам Советского Союза больше всего импонировал бы трехсторонний договор между СССР, Турцией и Великобританией. Это могло бы быть обеспечено присоединением Турции к англо-советскому договору (с соответствующими изменениями). Если же, однако, интересы Советского Союза в проливах не встретят полного одобрения со стороны союзников, то имеется опасность, что Советский Союз соблазнится возможностью использовать свое влияние в Болгарии и либо поддержит претензии Болгарии на получение выхода к Эгейскому морю, либо получит воздушные базы в Болгарии, угрожающие проливам. Последнее требование может быть предъявлено в любом случае. Если СССР действительно намерен преследовать наступательную политику в Средиземном море, он может потребовать базы (или участие в совместно контролируемых базах) в Эгейском море.



Л. СРЕДНИЙ ВОСТОК

а) ТУРЦИЯ
24. Главной проблемой в русско-турецких взаимоотношениях как мы уже видели был всегда вопрос контроля над проливами. Второстепенным источником разногласий, также подчас привлекающих другие государства, является вопрос кавказских границ. Перешеек между Черным и Каспийским морями, пересеченный стратегическими и торговыми путями с запада и востока, всегда представлял большое значение для России и это его значение сильно повысилось в прошлом столетии открытием нефти в Баку, которая до сего времени остается единственным крупнейшим источником снабжения Советского Союза.
25. Современная кавказская граница была установлена в 1828-1829 г.г. и оставалась почти без изменений с того времени (Карс, Ардаган и Батуми были приобретены в 1878 г., Карс и Ардаган перешли к Турции в 1921 г.). С того времени и до настоящего момента политика России в этом беспокойном горном многоязычном районе носила оборонительный характер. Там, где она переступала границу, это производилось либо в карательных целях, либо для установления порядка. В 19 столетии единственная угроза появилась со стороны неспокойных племен, часто натравливаемых турками, со стороны лиц, незаконно ввозящих оружие, и агентов-саботажников, часто английских и чаще всего принимаемых русскими за англичан. В 20 веке к этому беспокойству добавилось опасение за бакинскую нефть, вследствие попыток захвата ее или бомбардировки. В 1917-1918 г.г. Грузия была занята немцами, а русский Азербайджан - турками. С 1918 по 1920 г. турки были сменены англичанами, которые установили контроль над нефтяными источниками. Эти эпизоды, несомненно, не были забыты русскими и Советское правительство знает о более близких по времени переговорах между Турцией, Францией и Великобританией в отношении бомбардировки нефтяных источников Кавказа. Зная о переговорах по вопросу о грозящем нефтяном кризисе в Англии и Америке, СССР будет проявлять сильное недоверие в отношении любого англо-американского шага на Среднем Востоке, который может хотя бы отдаленно представить военную угрозу Кавказу.

б) ПЕРСИЯ
26. Персия являла собой в 19 столетии арену сильного соперничества между Россией и Великобританией. Обе страны были меньше заинтересованы в Персии как таковой, чем в ней как источнике стратегических коммуникаций. Россия искала выхода в Персидский залив, Англия опасалась угрозы Индии. Этот конфликт был кое-как улажен в 1907 г., когда Персия была разделена на сферы влияния. Этот договор был аннулировав советско-персидским договором 1921 г., вместе со всеми предыдущими договорами и всеми особыми правами, которыми пользовалось в Персии царское правительство. Советское правительство признает независимость Персии, оно получило право посылать войска в Персию, с условием, если ее территория будет использоваться как база военных операций против России или для угрозы границам Советского Союза. Этот договор служил легальным основанием с советской стороны для объединенной интервенции в Персии, что привело к англо-советско-персидскому соглашению от 1942 г. По этому договору было создано нечто, напоминающее деление на сферы влияния, имевшее место в 1907 г., хотя обе страны сейчас гарантируют неизменную независимость Персии. Нет оснований предполагать, что СССР не выполнит обязательств, выпавших на его долю согласно этому соглашению, после прекращения войны, если он будет уверен, что ни США, не являющиеся участником договора, но присоединившиеся к Тегеранской гарантии неприкосновенности Персии, ни Великобритания не намереваются посягнуть на политическую и экономическую неприкосновенность Персии. СССР, несомненно, потребует прав транзита через порты Персидского залива, и это будет означать, что он будет заинтересован во внутреннем спокойствии и политической устойчивости Персии. У него будет повод для интервенции, в случае необходимости таковой. Кроме этого, у него вряд ли имеются еще требования в отношении Персии. СССР не имеет претензий на нефть, но если с ним не будут полностью консультироваться, он будет относиться с подозрением к английским и американским нефтяным концессиям в южной Персии, особенно если за этим последует введение войск для защиты или будут предприняты какие-либо иные военные мероприятия. Необходимо также заметить, что доступ к Персидскому заливу возможен для Советского Союза только при условии, если контроль над Индийским океаном будет находиться в дружественных руках. В этом отношении англо-советское соглашение 1942 г. отвечает подлинным интересам СССР.

е) АФГАНИСТАН и ИНДИЯ
27. То, что сейчас является центрально-азиатскими республиками СССР, было покорено Россией между 1554-1835 годами. Это приблизило русские войска к границам Афганистана и одновременно вызвало в Великобритании опасения "русских замыслов" в отношении Индии. Сейчас нет никакого сомнения, что это никогда не было нечто большим, нежели опасениями. Цели русских в Центральной Азии сводились к созданию цивилизованного правительства и поддержанию порядка вдоль протяженной и неспокойной границы. Индия была расположена слишком далеко, и коммуникации чрезмерно сложные, чтобы бездействующий, тяжеловесный аппарат царской России мог подумать о том, чтобы заняться ее покорением. Верно, правда, и то, что в 19 столетии русское правительство часто не имело возможности контролировать деятельность его военных командующих и дипломатических представителей, проводивших собственную политику в отношении Персии и Афганистана. Согласно англо-русскому соглашению от 1907 г. Англия уступила свое господство в Афганистане России, но с 1921 г. Афганистан получил возможность самостоятельно контролировать свои отношения с иностранными государствами. СССР не имеет непосредственного интереса в Индии и, конечно, никогда в предстоящем будущем не захочет брать на себя столь сложную проблему. С другой стороны, после современной войны у России будет определенный престиж в Афганистане и Индии, и она, очевидно, не замедлит использовать это прочное дипломатическое положение, а также свои стратегические позиций в качестве рычага против правительства его величества, если сотрудничество между Великобританией и СССР когда-либо провалится.


МУСУЛЬМАНСКИЙ МИР

28. Нельзя забывать, что (неразборчиво) уступает место только британской империи. Царская Россия никогда не могла полностью использовать в своей иностранной политике свои мусульманские или украинские ресурсы вследствие проводившейся внутри страны политики русификации. СССР, однако, после всех необходимых ограничений предоставил определенную свободу подвластному ему населению и, что важнее всего, завоевал за границей репутацию государства, предоставившего большую независимость, чем это на самом деле имело место. Мусульманские религиозные руководители в Советском Союзе подвергались в прошлом преследованиям, так же как и православные; имеются, однако, уже указания, что восстановление патриархата может вызвать аналогичный жест в отношении мусульман, что несомненно отразится за границей. Недавно была начата большая игра назначением мусульманина первым секретарем недавно открывшегося советского посольства в Каире. Это единственный дипломатический представитель немусульманской державы, который посещает религиозную службу в пятницу, часто в одной мечети с королем ФАРУКОМ.
29. СССР, таким образом, может оказывать значительное влияние на мусульманский мир. До сих пор он ничем не проявил своей политики в отношении мусульман или арабов. Однако, в силу указанных выше причин, он стратегически очень заинтересован во всей территории Среднего Востока, где в послевоенный период, очевидно, возрастет англо-американская экономическая активность. Поэтому важно, чтобы между союзниками существовала полная договоренность в отношении этого района, чтобы избежать подозрений. СССР может особенно воспротивиться созданию арабской федерации на условиях, которые заставят его предполагать, что она попадет под исключительное влияние Англии и Америки. Отношение СССР к подобной схеме будет, несомненно, совершенно иным, если с ним будут полностью советоваться с самого начала, что даст ему возможность убедиться, что это не является новым санитарным кордоном. СССР, очевидно, не будет приветствовать уменьшение французской мощи и влияния на западе или востоке Средиземноморского района; правительство Советского Союза оставалось заметно спокойным во время ливанского кризиса, когда в соответствии с его провозглашаемой национальной политикой ему следовало приветствовать освобождение "порабощенной" колонии. Наконец, СССР, очевидно, не будет приветствовать схему создания Пакистана в Индии, что будет представлять собой самое сильное магометанское объединение в экономическом и военном смысле вне пределов СССР. Советское правительство считало бы, что подобное государство может существовать только под покровительством Англии, а поскольку оно имеет сильное религиозное основание, то в конечном счете, его возглавили бы несомненно элементы, которых советские руководители никоим образом не одобрили бы.
30. СССР располагает четырьмя средствами для оказания воздействия на мусульманский мир. Не все из них взаимно совместимы, но любое из них может использоваться в соответствии с обстоятельствами, в случае прекращения сотрудничества с западными союзниками. Первое, - это положение СССР как крупной мусульманской державы, использующей мусульманских религиозных лидеров внутри страны и мусульманских дипломатов за границей. Второе, - престиж его внутренней политики в обращении с подчиненными народами. Третье - его тесные взаимоотношения с Францией. Четвертое - традиционное покровительство России святым местам в Палестине. СССР будет несколько трудновато возбудить, должным образом, это дипломатическое средство, несмотря на реабилитацию православного христианства, и это может вступить в конфликт с промусульманской политикой. В Палестине имеется большое количество русского церковного имущества, настоящие владельцы которого могут в будущем возобновить свою зависимость от Московского патриарха, и тот или иной из этих фактов может явиться поводом для вмешательства в палестинскую проблему, если Советское правительство сочтет это желательным из других соображений.
31. Каковы бы ни были дипломатические увертки, единственно подлинным интересом СССР на Среднем Востоке и в мусульманском мире является стратегия помешать установлению британского и американского влияния в этом районе, в размерах, которые могут представить угрозу Советскому Кавказу. Нет никаких оснований, однако, почему бы конфликт не был избегнут при помощи полного сотрудничества и уважения советских интересов.


Е. ДАЛЬНИЙ ВОСТОК

32. Русские колонисты достигли Тихого океана в 17 столетии, но при отсутствии морских или существенных сухопутных коммуникаций перед созданием транссибирский железной дороги (строительство которой началось в 1891 г.) связь с Китаем была слабой. Вмешательство России в китайские дела началось только с конца 19 столетия, и тогда побудительным мотивом послужили полученные в Китае концессии другими европейскими державами. С того времени Россия последовательно вмешивается в дела Китая в момент его слабости, для получения компенсации для себя, когда другие страны обеспечивает себе экономические или территориальные концессии, особенно для сотрудничества с Китаем против других группировок. Так, например, в 1893 г. Россия (вместе с Францией и Германией) вмешалась, чтобы помешать Японии присоединить к себе Порт-Артур. В следующем году был подписан русско-китайский договор о заключении союза, обеспечивающий России право построить железнодорожную линию через Северную Маньчжурию к Владивостоку, с южным ответвлением в Дайрен (Дальний) Китайско-Восточная железная дорога). Через два года, в 1898 г., под нажимом Китай передал Порт-Артур (незамерзающий порт в течение круглого года, в отличие от Владивостока) России, которая, таким образом, компенсировала захват Германией Кио-Чау. Англо-японский союз 1902 г. и поражение России в войне 1904-1905 г.г. были японским ответом на нарастающую угрозу со стороны России Маньчжурии и Корее.
Согласно Портсмутскому договору от 1905 г. Россия уступила Японии южную часть Сахалина, Порт-Артур и Южную Маньчжурию и признала японский контроль над Кореей. На протяжении периода 1907-1917 г.г. наблюдалось русско-японское сближение, выразившееся в заключении договора, по которому Маньчжурия… была разделена на сферы влияния, и в 1916 г. Россия и Япония .................... против США.
33. После революции 1917 г. Япония в неравном союзе с британскими и американскими войсками до 1920 г. заняла весь советский дальневосточный район, от Тихого океана до озера Байкал. Территория Советской страны была окончательно очищена только к 1925 г. К этому времени, несмотря на отказ Советского Союза от "неравных договоров" с Китаем, был по сути дела восстановлен довоенный статус кво, включающий русские права над Восточно-Китайской железной дорогой. СССР явился преемником царской России даже во Внешней Монголии, где в 1924 г. была создана под покровительством Советского Союза Монгольская Народная Республика, а также в Чунцине, который позднее, в 1934 г., подпал под непосредственный советский контроль. Угроза Японии дальневосточным территориям России стала очевидной во время интервенции, хотя в то время она была отражена. В 1931 г. она снова возобновилась, когда Япония захватила Маньчжурию. СССР переживал в то время кризис индустриализации и коллективизации, выполняя первый пятилетний план. Китай оказал не малое сопротивление, не говоря уже об обращениях к Лиге наций, в которой СССР тогда не состоял. Таким образом, правительство Советского Союза не предприняло никаких действий. Оно, однако, де-юре никогда не признавало "независимости" Маньчжурии, хотя де-факто оно признавало ее. Права Советов на Китайско-Восточную железную дорогу были проданы Маньчжурии (Японии) в 1935 г. В 1941 г. был заключен советско-японский договор о нейтралитете.
34. До 1931 г. взаимоотношения между СССР и Китаем были натянутые. С 1923 г. по 1926 г. между гоминданом и Коминтерном наблюдалось исключительно тесное сотрудничество, направленное против "западного империализма", но оно прекратилось в 1926-27 г. в силу подозрения подстрекательства революционного коммунистического движения внутри Китая со стороны Советского Союза. После этого русские советники были изгнаны из Китая, и ЧАН КАЙ-ШИ начал безжалостно подавлять левое движение. Только небольшая коммунистическая армия выжила в северо-западном районе Китая, где она остановилась в 1934-1935 г.г. К этому времени, исходя из практических соображений, правительство Советского Союза оставило политику, рассчитанную на мировую революцию и проявило значительный интерес к побуждению Китая противостоять Японии, особенно после подписания антикоминтерновского пакта между Японией и Германией в 1936 г., который был явно направлен против Советского Союза. Раньше, в этом же году, провозглашение союза и взаимной гарантии территориальной целостности между СССР и Монгольской Народной республикой удержало Японию от попыток распространить свое влияние в этом направлении, и когда Япония вторглась в Китай в 1937 г., СССР сразу же подписал с Китаем пакт о ненападении и ЧАН КАЙ-ШИ получил значительную помощь, он также получал поддержку китайских коммунистов. В 30-х годах наблюдались постоянные пограничные инциденты, заканчивавшиеся крупными столкновениями между Японией и СССР в 1938 г. и между Японией и Монгольской Народной Республикой, с сильной поддержкой со стороны Советского Союза, в 1939 г. в каждом случае решительный отпор помогал удерживать Японию от дальнейших авантюр на севере. В апреле 1941 г. между Японией и СССР был подписан пакт о нейтралитете, по которому каждая страна должна была оставаться нейтральной на протяжении периода, во время которого другая сторона "может явиться объектом военных операций со стороны одной или нескольких стран", а также уважать территориальную неприкосновенность друг друга. СССР высказал свое уважение территориальной неприкосновенности Маньчжурии (не признавая ее формально или де-юре). Япония же согласись признать статус Монгольской Народной Республики. Срок действия договора - пять лет и автоматически может быть продлен еще на пять лет, если одна из сторон не денонсирует его за год до прекращения срока его действия (т.е. до 15 апреля 1945 г.). Непосредственным результатом пакта было, то что тыл Советского Союза был несколько более обеспеченным, когда двумя месяцами позднее на Советский Союз напала Германия. В декабре месяце этого же года, когда германские армии подступили в Москве, Япония спокойно производила свои наступления в восточном и южном направлениях против Великобритании и США. Тем временем транссибирская железная дорога была переведена на две колеи, на всем протяжении своего пути, и была закончена вторая железная дорога к Тихому океану, идущая далеко на север от маньчжурской границы. СССР использовал свои возрастающие благоприятные позиции в отношении Японии во время ежегодного возобновления рыболовного соглашения и сейчас, по протоколу от 30 марта 1944 г., закрыл японские нефтяные и угольные концессии в северной (советской) части Сахалина, разрешенные ей в 1925 г. До и после окончания этой войны Япония не будет получать больше нефти из этих источников, за исключением накопленных запасов.
35. Что касается будущего, то два пункта совершенно ясны:
Во-первых, СССР не может не быть заинтересован в судьбе Японии, он также не захочет, чтобы Великобритании и США одним досталась честь разгрома Японии в Китае.
Во-вторых, поскольку интервенция России на Дальний Восток была продиктована первоначально завистью в связи с активностью западных держав (и в меньшей степени США) в Китае, СССР, очевидно, не будет удовлетворен разрешением проблемы Дальнего Востока, которая оставит Японию или Китай в слишком большой зависимости от Великобритании или США. СССР, главным образом, не захочет, чтобы какая-либо из этих стран (или сильный Китай с поддержкой США) контролировала минеральные богатства и стратегические пути Маньчжурии. Все эти факторы указывают на целесообразность (с ее собственной точки зрения) участия СССР в войне против Японии после поражения Германии, хотя предстоят большие торги прежде чем он примет условия сотрудничества. При условии строгого соблюдения пакта о нейтралитете СССР не может предпринять военные операции против Японии до 13 апреля 1946 г., даже при условии денонсирования пакта за год вперед. Советская дипломатия, однако, должна иметь возможность найти средства вмешаться раньше, если это необходимо. Вероятнее всего, Советское правительство захочет само сыграть решающую роль в победе над Японией, чем предоставить на своей территории базы для англо-американской бомбардировочной авиации. Русско-японское сближение мыслимо только при условии, если СССР почувствует угрозу со стороны американской (или англо-американской) погони за господством на Дальнем Востоке.
36. СССР соглашается с каирской декларацией, по которой обещано восстановление китайского суверенитета в Маньчжурии. Он, очевидно, будет заинтересован также в Северной Маньчжурии, как и в независимой Корее в будущем, ввиду ее руководящего стратегического положения на морском пути к Владивостоку. Он, несомненно, будет настаивать на праве транзита и возможно на некотором контроле над Восточно-Китайской железной дорогой и возможно на получении портовых сооружений в Дайрене или Порт-Артуре у конечного пункта южного ответвления этой дороги. В отношении Китая СССР пожелает сохранить свое особое положение в Монгольской Народной Республике и восстановить свое господствующее положение в Синьцзяне (откуда советские советники и войска были отозваны в 1942 г.). Его особое взаимопонимание с Францией, несомненно, поведет к отрицанию Советским Союзом любого предложения об установлении китайского влияния над Индокитаем и, в общем, СССР (подобно России до прошлой войны) предпочтет, очевидно, слабый Китай сильному. Если же он будет считать, что западные державы приобретают чрезмерное влияние и концессии в Китае, он может либо вернуться к политике 1924 г., которая сводилась к поддержке китайского национализма, либо возобновить более традиционную русскую политику предъявления претензий к Маньчжурии и Северному Китаю. Для той или другой цели СССР будет иметь дополнительное средство оказания нажима через китайских коммунистов. Если Великобритания и США подойдут к разрешению китайского вопроса в полном взаимодействии с СССР, с должным уважением к ее интересам на севере, нет оснований предполагать, что Советский Союз окажет китайский коммунистам большую поддержку в будущем, чем он оказывал между 1927 г. и настоящим временем, хотя ему будет чрезвычайно трудно оставаться абсолютно пассивным, когда правительство Китая предполагает их полное уничтожение.


ВЫВОДЫ

37. Выводами из этого документа являются:
1) Стремление к открытому морю было и продолжает оставаться особенностью русской политики. Районами, которых это может коснуться, являются: Петсамо, Персидский залив, Порт-Артур, Дайрен, Дарданеллы и выход из Балтийского моря. Поскольку СССР все еще является слабой морской державой, англо-советский договор соответствует его подлинным интересам.
2) Советский Союз не намерен выходить за пределы своих границ 1941 г. на западе, но он будет противодействовать образованию объединений за пределами его границ, которые он сможет рассматривать, как потенциально вражеские или, как способные подпасть под германское влияние.
3) На Среднем и Дальнем Востоке у СССР, как будто, не имеется экспансионистских намерений, при условии, если в граничащих с Советским Союзом районах не имеется беспорядков и если он не будет подозревать, что Великобритания или США (или обе страны вместе) пытаются, без соответствующей консультации, распространить свое влияние в стратегически важных для него районах.
4) В силу потребности во внутренней реконструкции и развитии СССР будет нуждаться в продолжительном мирном периоде. В этом смысле англо-советское соглашение и политика союзного сотрудничества, провозглашенная в Тегеране, соответствуют подлинным интересам Советского Союза.
5) Кроме сотрудничества с Великобританией и Америкой СССР в качестве перестраховки будет поддерживать особо дружеские взаимоотношения с Францией и Чехословакией с целью гарантии принятия суровых условий, которые СССР, несомненно, захочет предъявить Германии.
Если только не произойдет полного разрыва сотрудничества СССР с Великобританией и США, нет оснований опасаться тесного сближения СССР даже с коммунистической Германией.


Исследовательский отдел министерства
иностранных дел


Верно: НАЧАЛЬНИК 8 ОТДЕЛА I УПРАВЛЕНИЯ НКГБ
СОЮЗА ССР


(АЛЛАХВЕРДОВ)


26 мая 1945 г.


70. Документ МИД Германии

 

Товарищу Меркулову В.Н.

ПЕРЕВОДЫ

документов быв. германского МИД

Содержание: О переговорах между товарищем СТАЛИНЫМ и Иденом

Перевод с немецкого


Посланник фон Типпельскирх


Секретно

ЗАМЕТКА



О результатах переговоров Идена со Сталиным, имевших место в Москве между 15 и 25 декабря 1941 года, на основании имеющихся материалов, можно сделать следующие выводы:
Прежде всего следует указать, что хотя поездка Идена и состоялась по личной инициативе английского посла в Москве Криппса, то все же, принимая во внимание переговоры, которые в то время велись Черчиллем в Вашингтоне, а генералом Уэйвелл в Чунцине, она хорошо сочеталась с общими планами британской политики. Следует также принять во внимание, что положение, изменившееся после отъезда Идена из Лондона, вследствие вступления Японии в войну и контрнаступления советских войск, сделало необходимым внести изменения в намеченные планы. Изменения плана, судя по имеющимся в нашем распоряжении материалам, с одной стороны, выразились в том, что английские пожелания, как например, о создании объединенного кавказского фронта, получении согласия на немедленное прибытие английских войск в этот район, англо-советском сотрудничестве в районе Петсамо - все это отошло на задний план, в то время, как в связи с вступлением Японии в войну, возникли новые проблемы. Вопрос о предоставлении англо-американскому флоту морских опорных пунктов на советском дальневосточном побережье, который подлежал обсуждению, приобрел особое значение в связи с вступлением Японии в войну.
Положительные результаты переговоров изложены последовательно в следующих 8 пунктах:
1. В Европе будут распоряжаться только два государства, а именно - Советский Союз и Великобритания.
2. По достижении победы над Германией, последняя будет поделена между различными государствами; она не будет занимать ту территорию, которую занимает сейчас.
3. Советский Союз восстановит свои границы 1940 г., т.е. он получит обратно прибалтийские государства и Бессарабию. Что касается польского вопроса, то он будет обсуждаться Советским Союзом и Польшей. Великобритания получит на норвежском, бельгийском, голландском и французском побережье необходимые ей опорные пункты.
4. При условии наличия нейтрального правительства, Финляндия останется независимой. Ей будут оставлены границы 1940 года и только Петсамо отойдет к Советскому Союзу.
5. При условии удаления короля, изъявляется согласие на сохранение небольшой Болгарии.
6. Что касается Турции, то в принципе было решено уступить ей болгарскую территорию для удовлетворения нужд ее политики переселения.
7. Англия и Советский Союз дали обязательство поддерживать друг друга всеми средствами, имеющимися в их распоряжении, с тем, чтобы достичь окончательной победы и пришли к соглашению, что и после войны между двумя правительствами будет иметь место искреннее сотрудничество.
8. Переговоры не затрагивали никаких вопросов, в какой-либо степени касающихся Турции. Политика, проводимая Турцией была с удовлетворением отмечена Сталиным. Сталин даже заявил: "Политика нейтралитета, проводимая Турцией, явилась для нас крепостью", в связи с чем было принято решение уступить Турции часть Болгарии, ликвидация которой почти решена.
Прежде чем делать какие-либо выводы, следует отметить, что порядок пунктов бросается в глаза. Можно предполагать, что результаты переговоров были умышленно изложены в таком виде, чтобы подчеркнуть силу и уверенность договаривающихся сторон.
Из содержания заявления Сталина - Сикорского от 5-го декабря 1941 г. также видно, что Советское правительство заинтересовано послевоенными проблемами. Без сомнения Сталин при переговорах воспользовался тем, что его позиции, в результате контрнаступления, стали более устойчивыми и предъявил Идену требования Советского Союза при преобразовании Европы.
Принимая во внимание неудовлетворительные английские военные поставки, невозможность выполнить желание Сталина о создании второго фронта в Европе и надежды Англии на советскую помощь в войне против Японии, позиции Англии в переговорах не были особенно устойчивыми и надо полагать, что Иден был готов дать Сталину самые далеко идущие обещания. Поскольку Англия так же как и Советский Союз еще очень далека от победы над Германией, то Идену было нетрудно пойти перед Сталиным на любые уступки. Нельзя упускать из виду, что во всех планах Сталина, наряду со стремлением к безопасности, играет роль и мысль о мировой революции и в ослабевшей Европе, а также и в побежденной английской мировой империи он видит легкую добычу для большевизма. Поэтому сообщение о том что, якобы, Сталин высказал пожелание, чтобы Советский Союз и в новой Европе имел общую границу с Германией, является вполне правдоподобным. В конце концов многочисленные высказывания Криппса свидетельствуют о правильности имеющихся материалов.
Можно с уверенностью предположить, что Советский Союз территориально желает сохранить границы 1940 года. Таким образом эти границы охватили бы Прибалтику, Бессарабию, всю Буковину, Западную Белоруссию и Западную Украину. Уклончивая позиция Советского Союза в вопросе польской территории при переговорах с Сикорским еще раз доказывает, что Сталин хочет получить обратно Западную Белоруссию и Западную Украину, которые, по его мнению, принадлежат России.

Что касается Финляндии, то образование нейтрального правительства и восстановление границ 1940 года были бы лишь переходной стадией, которая закончилась бы присоединением Финляндии к Советскому Союзу, как это с самого начала намечалось Советским правительством и было также высказано Молотовым во время его пребывания в Берлине. По окончании советско-финской войны Петсамо осталось за Финляндией только в результате ходатайства шведского правительства. Это было уступкой, о которой Советское правительство впоследствии сожалело.
Советское правительство стремится иметь общую границу с Болгарией и надеется, что по присоединении Добруджи к Болгарии оно будет иметь эту границу в дельте Дуная. Сохранение целостности Болгарии произошло бы только с целью большевизации страны. Для этой цели и должен быть удален король, так как Советы хорошо понимают, что король является стержнем положительно настроенных болгарских кругов. Факт существования большевистской Болгарии тем более соответствовал бы планам Советского правительства, поскольку оно считает болгарскую территорию плацдармом для выступления против Турции. Все обещания, данные в настоящее время и вся благосклонность Сталина по отношению к Турции не могут скрыть того факта, что приобретение влияния над Турцией и особенно над проливами является непоколебимой целью всякой русской политики. Поэтому вполне понятно, что Турция всегда остается на чеку по отношению к Советскому Союзу. Каким образом следует расценивать данное Турции обещание об уступке ей болгарских областей видно из констатации того факта, что Советский Союз рассматривает Болгарию как плацдарм для выступления против Турции. При рассмотрении пункта 8-го следует принять во внимание, что он исходит из турецкого источника, т.е. дает формулировку, удобную для Турции.
Обоюдная помощь Англии и Советского Союза на современном этапе войны была само собой разумеющейся и очень важной темой, которая была подвергнута Иденом и Сталиным подробному обсуждению. Очень показательно, что этот важнейший пункт занимает в перечне седьмое место! Также характерно, что в результате недоверия, существующего еще и сейчас между Англией и Советскими Союзом, было необходимо заявить об искреннем сотрудничестве двух правительств и после окончания войны. Криппс также неоднократно ссылался в своих речах на недоверие, высказываемое Советским Союзом, и требовал избегать всего, что могло бы вызвать недовольство Сталина.
Следует отметить, что сообщение о соглашении, достигнутом договаривающимися сторонами по вопросу о разделе сфер влияния, согласно которому Черное, Каспийское и Балтийское моря будут находиться в советской сфере влияния, а Средний Восток, Средиземное море и Северная Африка - в британской сфере влияния, - очевидно соответствует истине. Оно соответствует концепции Сталина, изложенной в одном, составленном им документе, адресованном итальянскому послу в Москве зимой 1940-41 года, лишь с той разницей, что в указанном документе Средиземное море являлось итальянской сферой влияния. Сообщению о плане создания федерации всех славянских национальностей, граничащих с Германией на юге и на востоке, с целью подавления Германии, также можно верить, т.к. этот план соответствует новой большевистской пропаганде, которая питается использовать панславизм в качестве оружия против Германии.
В своем выступлении в палате общин 8/I-1942 г., касаясь своих бесед со Сталиным и Молотовым, Иден подчеркнул, что он не может вспомнить случая, когда бы в такое короткое время было подвергнуто обсуждению такое большое количество вопросов. Иден сказал буквально следующее: "Мы говорили почти обо всех сторонах войны и достигли соглашений по вопросам ведения войны, которые будут иметь благоприятные последствия для обеих сторон". Из этого следует, что наряду с вышеупомянутыми темами в первую очередь обсуждалась военная обстановка, возможность англо-американских военных поставок Советскому Союзу и желание Сталина о создании второго Фронта в Европе.
Это предположение подтверждается участием в переговорах заместителя начальника английского генерального штаба генерал-лейтенанта Ней. Далее Иден, очевидно, информировал Советское правительство о переговорах Черчилля с Рузвельтом в Вашингтоне и Уэйвела с Чан Кай-ши в Чунцине и пытался координировать военные действия. Кроме этого, Иден наверное хотел выяснить в какой мере Советский Союз может оказать Англии и Америке поддержку в войне против Японии. В конце концов вызов английского посла из Анкары и английского посланника из Тегерана в Москву для переговоров с Иденом говорит о том, что Турция и Иран также были предметом обсуждения. Принимая во внимание эти дополнительные темы переговоров, которые приводятся здесь только в качестве примера, следует предположить, что имеющиеся у нас материалы о результатах переговоров Идена и Сталина охватывают только лишь некоторую часть вопросов, подвергавшихся обсуждению.


Берлин, 18 февраля 1942 года
фон Типпельскирх



71. Сообщение Первого управления НКГБ СССР в НКИД


НКИД СССР


11 августа 1945 г.


тов. ВЫШИНСКОМУ



По полученным нами данным, в мае месяце с.г. английский политический советник при штабе верховного главнокомандующего экспедиционными силами союзников направил министерству иностранных дел Англии меморандум "президиума верховного литовского комитета освобождения". Один экземпляр этого меморандума был предназначен для генерала ЭЙЗЕНХАУЭРА, а второй - для бывшего литовского посланника в Лондоне.

По этому вопросу английское министерство сообщило в штаб верховного главнокомандующего экспедиционными силами союзников следующее:

"С 1940 г. мы не признаем никакого литовского правительства и не хотим превратиться в почтовую контору по пересылке корреспонденции для бывших посланников балтийских государств. Поэтому мы не переслали данный меморандум бывшему литовскому посланнику и не предполагаем принимать какие-либо меры по этому документу":

В июне месяце с.г. английский политический советник при штабе верховного главнокомандующего экспедиционными силами союзников снова направил северному департаменту министерства иностранных дел Великобритании письмо "исполняющего обязанности литовского поверенного в делах", адресованное "посланнику" в Лондоне.
В ответ на это английское министерство иностранных дел сообщило, что оно не собирается пересылать этого документа и предлагает избегать принимать в дальнейшем какие-либо письма для пересылки третьей стороне, однако МИД считает возможным принимать от "балтийских чиновников" переписку информационного характера.


НАЧАЛЬНИК I УПРАВЛЕНИЯ НКГБ СССР




72. Записка НКГБ СССР в НКВД СССР


НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ
СОЮЗА ССР
товарищу БЕРИЯ Л.П.



НКГБ СССР сообщает содержание телеграммы ЧЕРЧИЛЛЯ, посланной 4.5.45 ИДЕНУ в Сан-Франциско и 11.5.45 в копии, направленной ТРУМЭНУ.
Содержание телеграммы получено в Лондоне агентурным путем.
"1. Я считаю, что польский кризис может быть разрешен на конференции глав трех правительств в каком-нибудь неразрушенном городе в Германии, если таковой можно найти. Конференцию нужно назначить, по крайней мере, на начало июля. Я намерен послать президенту ТРУМЭНУ предложение относительно его визита сюда и для поездки затем на конференцию трех основных держав, без которой нельзя обойтись.
2. Польскую проблему можно легче разрешить, если ее поставить в связь с многочисленными вопросами первостепенной важности, имеющими крайне серьезный характер и требующими срочного урегулирования их с русскими. Я опасаюсь, что по мере продвижения русских к Эльбе в глубь Германии произошли ужасные вещи. Предполагаемый отвод американских армий к оккупационным линиям, обусловленным с русскими и американцами в Квебеке… (далее ЧЕРЧИЛЬ подробно описывает эти линии. Примечание НКГБ) означало бы тенденцию к расширению зоны доминирования русских на 120 миль вглубину и на 300-400 миль по фронту. Если бы это событие произошло, то оно явилось бы наиболее мрачным событием в истории.
После того, как это произойдет и указанная территория будет оккупирована русскими, Польша окажется полностью поглощенной и запрятанной глубоко в оккупированных русскими землях. Территории подпадающие под русский контроль включают Балканские страны, территорию Германии вплоть до оккупационной линии, всю Чехословакию, значительную часть Австрии, всю Югославию, Венгрию, Румынию и Болгарию и, не исключено, что русские могут дотянуться и до Греции, находящейся сейчас в неустойчивом положении… (далее ЧЕРЧИЛЛЬ перечисляет столицы, которые "оккупированы" СССР. Примечание НКГБ).
Положение Турции и Константинополя определенно и немедленно станет предметом обсуждения.
3. Это является событием в истории Европы, которое не имеет прецедента и перед лицом которого союзники не вставали в процессе их продолжительной и рискованной борьбы. Требования России к Германии об одних только репарациях будут такими, что предоставят ей возможность продолжительной оккупации в течение почти неопределенного периода, во всяком случае в течение многих лет, на протяжении которых Польша, вместе со многими другими государствами, попадет в огромную зону контролируемой русскими Европы. Эта зона необязательно будет советизирована в экономическом отношении, но будет управляться полицейскими методами.
4. Пришло время для того, чтобы эти сложные проблемы в целом подверглись обсуждению между основными державами. Мы имеем на своей стороне несколько сильных средств для парирования, которые дадут вам возможность торговаться.
Во-первых, союзники не должны отступать с занимаемых ими сейчас позиций до оккупационной линии до тех пор, пока мы не получим удовлетворения в вопросе о Польше, в вопросе о временном характере оккупации русскими Германии, в вопросе об условиях которые будут созданы в руссифицированных или в контролируемых русскими странах, Дунайского бассейна, особенно в Венгрии, Австрии, Чехословакии и на Балканах.
Во-вторых, мы, возможно, сумеем удовлетворить их в вопросе о выходах из Черного моря и Балтики, что явится частью общего урегулирования.
Все эти проблемы должны быть урегулированы до отвода американских армий из Европы. Если они не будут урегулированы до тех пор и до того момента, когда западный мир станет свертывать свою военную машину, то не будет никаких перспектив на удовлетворительное разрешение этих проблем и очень мало перспектив на предотвращение третьей мировой войны.
Мы должны сейчас обратить наши надежды именно на то, чтобы быстрее раскрыть карты и урегулировать вопросы с русскими.
Тем временем я во всяком случае против ослабления наших требований к России в защиту Польши. Я полагаю, что дело должно обстоять именно таким образом, как это изложено в моих телеграммах и телеграммах президента".


НАРОДНЫЙ КОМИССАР
ГОСУДАРСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ СОЮЗА ССР


(В. МЕРКУЛОВ)

 


73. Записка НКГБ СССР в ГКО

СОВ. СЕКРЕТНО
экз. №

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ ОБОРОНЫ

товарищу СТАЛИНУ И.В.



II телеграмма ЧЕРЧИЛЛЯ № 40 от 11.05.45, адресованная ТРУМЭНУ.
Текст документа получен агентурным путем в Лондоне.

"1. Я полагаю, что нам следует совместно или в отдельности послать СТАЛИНУ приглашение встретиться с нами в каком-нибудь обусловленном городе в Германии и назначить эту встречу глав трех правительств на июль месяц. Встреча должна состояться вне пределов русской военной зоны. Дважды мы приезжали, чтобы встретиться с ним. Русские относятся к нам с тревогой, поскольку они учитывают характер нашей цивилизации и разнообразные методы, которые мы применяем. Но их беспокойство, в связи с этим, в значительной мере уменьшится, когда наши армии будут рассредоточены.
2. Я полагаю, что Вам следует приехать в Лондон в начале июля. После этого мы сможем отправиться к назначенному месту встречи в Германию и иметь там серьезные переговоры, от исхода которых будет зависеть ближайшее будущее мира. Я, конечно, возьму с собой представителей обеих партий нашей страны, но они будут в вопросах внешней политики говорить на одинаковом языке, поскольку в этих вопросах между нами имеется полное согласие. В то же время я питаю искреннюю надежду на то, что американцы не отступят от обусловленной сейчас тактической линии.
3. Я весьма сомневаюсь в том, чтобы СТАЛИНА соблазнила идея самому выдвинуть предложение о встрече глав трех правительств. Но я думаю, что он примет приглашение. Если нет, то что нам следует делать?
4. Я радуюсь Вашему намерению остаться верным нашему справедливому толкованию Ялтинского соглашения и твердо отстаивать объявленную нами позицию по всем спорным вопросам.
Господин президент! В течение следующих двух месяцев будут решены серьезнейшие вопросы мирового масштаба. Могу ли я добавить, что переписка, которой мы обменялись, вселила в меня большое чувство уверенности?
5. В соответствии с Вашим желанием, мы составляем сейчас перечень вопросов, которые мы должны обсудить. На составление этого перечня потребуется несколько дней, после чего мы немедленно направим его Вам.
6. Вслед за этой телеграммой я также пошлю Вам копию телеграммы, которую я направил ИДЕНУ 4 мая".


НАРОДНЫЙ КОМИССАР
ГОСУДАРСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ СОЮЗА С.С.Р.


(В. МЕРКУЛОВ)



Отпечатано 6 экз.
экз. № 1 - т. Сталину
" № 2 - т. Молотову
" № 3 - т. Берия
" № 4 - Секретариат НКГБ СССР
" № 5-6 в делах I Управления

Разослано:
т. Сталину
т. Молотову
т. Берия

74. Сообщение резидентуры в Стокгольме

Письмо от 13.12.45 г. из Стокгольма
(сообщение источника)



Речь Ханссона 2 декабря по вопросу о выдаче СССР интернированных немцев и 157 прибалтов, служивших в немецкой армии подтвердила отношение правительства к прибалтийскому вопросу и вообще к СССР. Ханссон заявил, что "еще в мае 1945 года во время капитуляции Германии шведское правительство решило всех немецких солдат и офицеров, бежавших в Швецию интернировать, а потом вернуть в свою страну. В июне месяце коалиционное правительство интернировав этих перебежчиков решило передать их союзникам. Еще тогда поэтому было ясно шведскому обществу, что перебежчики из немецкой армии будут интернированы и переданы союзникам. Швеция не заинтересована не выполнять условий капитуляции Германии, продиктованных союзниками.
Что касается 157 прибалтов, то я не уверен в том, что все они будут переданы СССР. Часть их состоит из числа фашистов, которых безусловно необходимо передать. Другая часть состоит из числа насильно мобилизованных в немецкие войска СС, которым может быть придется дать возможность остаться в Швеции, как политическим эмигрантам. Правительство дискуссирует вопрос о проверке каждого из этих прибалтов и выяснении, кто из них является фашистом. Однако правительство не будет считать возможным всех прибалтов оставить в Швеции и было довольно, если бы все они уехали из Швеции в Новую Зеландию или Австралию".
Это высказывание Ханссона внесло ясность в вопрос об отношении правительства к прибалтийскому вопросу и показало, что шведское правительство не хочет идти против СССР.
Прибалтийский вопрос очень сложный и я не думаю, что все они уедут в Австралию или Новую Зеландию, так как этот вопрос зависит не только от Швеции, но и тех стран, куда предполагается их отъезд.
Развернувшаяся в Швеции борьба политических течений по прибалтийскому вопросу является положительной в том отношении, что она показала яснее, чем когда либо все антидемократические и антисоветские течения, круги и лица.
Рабочие организации требуют теперь от правительства, чтобы оно приняло меры против этих кругов и лиц и лишило бы фашистов той свободы, которую они имеют теперь.
Демократические силы в стране понимают истинный смысл этой борьбы и будут всячески препятствовать развитию в стране антисоветских течений.
Большую антисоветскую работу ведут здесь нацисты, бежавшие из Прибалтики и Финляндии. Они очень умело используют свои связи среди шведского общества.

75. Сообщение резидентуры в Стокгольме


Письмо из Стокгольма от 25.XII.1945 г.
(сообщение источника)


Внешняя политика



Балтийский вопрос

В своем сообщении от 5-го декабря я уже касался, актуального в то время, балтийского вопроса, но так как этот вопрос остается до сих пор более или менее главной проблемой, поэтому, может быть, есть смысл продолжать говорить о нем.
Как известно, шведское правительство обсудило летом с советским правительством вопрос об отправке 167 прибалтийских беженцев, которые служили в немецкой армии. Этот вопрос рассматривался тогда как само собой разумеющееся дело было ясно, что, так как нет никакого немецкого правительства, то дезертиры будут переданы тем правительствам, которые оккупировали те области, к которым принадлежат солдаты. Когда 16-го июня тогдашнее шведское правительство заключило соглашение с Советским Союзом, тогда против этого никто не протестовал. Но когда должна была начаться в ноябре перевозка, разразилась буря протеста, какой в Швеции еще никогда не было. Реакционной шведской оппозицией и гражданскими прибалтийскими беженцами в Швеции интернированные прибалты натравливались на то, чтобы любым способом защитить себя от отправки, они начали голодовку, стали наносить себе увечья (многие сломали себе руки и ноги) пока они не ослабли до того, что перевозка была объявлена врагами невозможной. Перевозка произойдет позже, так как ничто не указывает на то, что шведское правительство хотело бы порвать договор с русскими.
Как констатирует известный шведский публицист Иоханес Викман в одной из норвежских газет, в настроении шведского общественного мнения можно было обнаружить три основных течения. Коммунисты имели самую простую точку зрения. Они убеждены в том, что прибалтийские беженцы в Швеции все являются фашистами и требуют, чтобы их без дальнейших рассуждений отправить из Швеции. Эту точку зрения Викман считает односторонней и говорит, что это объясняется тем, что прибалтийские гражданские беженцы в Швеции находятся под чисто фашистским руководством. Они печатают газеты на своем собственном языке, в которых они ведут бесстыдную антирусскую пропаганду и спекулируют для новой мировой войны, в которой англосаксонские державы победят Советский Союз, а прибалтийские страны опять передадут фашистам. Викман также выражает свое удивление по поводу того, что шведские власти до сих пор терпели эту пропаганду, ведущуюся такими личностями, которые, являясь беженцами, вообще не должны принимать участия в политике. Но теперь, наконец, эти прибалтийские натравливающие листки запрещены и самые скверные фашисты интернированы.
Вторую группу общественного мнения по прибалтийскому вопросу составляли социал-демократы, которые требовали, что к шведско-русскому соглашению нужно относиться с уважением, так как данное слово является обязательством для правительства. Но одновременно они выражают свое сочувствие к судьбе этих беженцев. Большая энергия с какой социал-демократическая партия и ее газеты борются с реакционной оппозицией указывает на то, что тогдашнее шведское правительство (которое подписало соглашение с Советским Союзом) уступило место социал-демократическому правительству и теперь это является залогом теперешнего правительства провести в жизнь соглашение, за что ответственны все партии. Викман думает, что тогдашний министр иностранных дел Гюнтер ведет как частное лицо приятную жизнь, в то время как бедный Унден, великий гуманист, должен проводить в жизнь обязательства своего предшественника. Но Унден не будет настолько сильно проявлять чувства, чтобы они вытеснили реальность.
Третье течение общественного мнения по прибалтийскому вопросу является самым сильным, его чаще всего слышно и его имеют различные слои общества. Среди них имеются некоторые, полагает Викман, которых увлекает настоящая гуманность и которых тревожит судьба прибалтов, и которые считают долгом Швеции разрешить им иметь здесь убежище. Это поведение совершенно не политическое, направленное ни против шведского правительства, ни против Советского Союза.
Но к этим наивным мечтателям примазалась огромная шайка активных нацистов Швеции, все симпатизирующие нацистам, ненавидящие русских и реакционеры - целая банда приведенная в движение и направленная прибалтийскими националистами и фашистами, которые сейчас направляют свое наступление против доброго сердца шведского народа и всеми способами пытаются апеллировать к нему. Благодаря им вся демонстрация получила антирусскую окраску.
Викман полагает, что виновато как раз поведение ненавидящих русских в том, что вся эта история сложилась так серьезно для Швеции. А именно, что первоначально гуманное уважение, так неудачно вмешивается в щекотливые шведско-русские взаимоотношения. Викман боится, что остальные северные страны не могут остаться равнодушными к такой ситуации в Швеции.
Викман пишет, что Советский Союз питает сильное недоверие к Швеции и это недоверие уже старое. Уже в 1912 году, когда русский генеральный штаб изготовил свой план мобилизации, несколько дивизий держали наготове, так как боялись шведского нападения. Когда русские в 1939 году разрешили Финляндии укрепить Аланд, то это произошло только при условии, чтобы шведы не смели принимать в этом участия. За этим последовал 9-го апреля 1940 года советский демарш в Берлине, чтобы Германия не нападала на Швецию. Затем опять с шведской стороны дружественное по отношению к немцам разрешение на транзит немецкий войск из Норвегии в Финляндию и наоборот в первые годы последней войны. В связи с этим следует взвешивать внешнеполитическое значение прибалтийского вопроса в Швеции. В дополнение к мнению Викмана я хотел бы заметить, что к шведским попутчикам прибалтийских фашистов, конечно, принадлежали шведская церковь и до некоторой степени школа. Священники в своем значительном составе - реакционеры, особенно стокгольмский священник Манфред Бьёрквист. Все священники поддержали протест против отправки, за исключением священника Аулен, которого уже во время войны сильно критиковали за его активно-демократическое поведение. Каким образом были организованы некоторыми учителями "стихийные" протесты различных школ, об этом последнего слова еще сказано не было. Демократическая общественность Швеции еще выведет этот вопрос на чистую воду.

76. Справка Первого управления НКГБ СССР

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

СПРАВКА

о прибалтийской эмиграции в Швеции
(по материалам I Управления НКГБ)



1. Организация прибалтийской эмиграции в Швеции

Эстонская эмиграция

Наиболее активную антисоветскую деятельность в Швеции под покровительством шведских властей, развили эстонские эмигранты. В Стокгольме находится главный центр всей эстонской эмиграции, возглавляемый бывшим эстонским посланником в Москве Августом Рей.
Организационное оформление центра относится к концу 1940 года. В мае 1941 года РЕЙ, через специального курьера, направленного из Стокгольма в США, информировал бывшего эстонского посланника в Париже К.Р. ДУСТА (проживает в США) о созданном им центре. Задачей центра является руководство деятельностью эстонской эмиграцией в различных странах. Центр этот обосновался в Стокгольме, как в наиболее удобном пункте для осуществления связи с Эстонией и другими странами. Предполагалось, что до выяснения обстановки в Европе и определения тех сил и группировок европейских государств, на которые Эстония сможет опереться, центр будет существовать конспиративно. Лишь после выяснения обстановки центр должен будет заявить о себе, как о представителе интересов эстонского "независимого государства".
Стокгольмский центр эстонской эмиграции поддерживал регулярный контакт с националистами в Эстонии через Финляндию при помощи бывшего эстонского посланника в Хельсинки ВАРАС и бывшего эстонского премьер-министра (до Пятса) профессора УЛУСТС, возвратившегося в Эстонию во время её оккупации немцами. До нападения Германии на Советский Союз связь с Эстонией поддерживалась также через эстонских моряков, прибывавших в Стокгольм на советских пароходах.
После оккупации Эстонии немцами в Швеции был создан "Комитет помощи эстонским шведам", в который входили представители шведской общественности. В феврале 1942 года по инициативе этого комитета, с разрешения немцев, специальная шведская делегация посетила Эстонию и передала эстонским шведам собранные в Швеции одежду, инвентарь для рыбной ловли и т.п. Эстонский эмигрантский центр принимал самое активное участие в деятельности этого комитета, пытаясь при его помощи наладить связь с Эстонией. Однако немцы так обставили делегацию, что она почти ничего не видела в Эстонии и посетила только некоторые острова, на которых встретилась с делегацией эстонцев, специально подобранной немецкими властями.
Эстонский эмигрантский центр прилагал большие усилия для того, чтобы создать в Эстонии свою нелегальную организацию. Эти усилия стали особенно интенсивными после крушения надежд на то, что немцы предоставят Эстонии самостоятельность. Вскоре после оккупации Эстонии немцами представители буржуазных партий создали на территории Эстонии нелегальную организацию "Тайный комитет", основной задачей которой являлась борьба за "независимую демократическую Эстонию". "Тайный комитет" создал значительный денежный фонд, приобретал оружие и в подполье готовил вооруженные отряды для борьбы с Красной Армией в случае её наступления на Эстонию. Был организован также нелегальный "Комитет спасения нации" с подобными же задачами.
В конце июля 1944 года эстонский эмигрантский центр в Стокгольме объявил о создании "Национального Комитета Эстонской республики". Комитет возглавляется Августом РЕЙ и профессорами Антс ОРЕС и Густавом СУИТС, а также бывшим председателем эстонского парламента Рудольфом ПЕННО. В беседе с представителями прессы РЕЙ заявил, что в Стокгольме находятся лишь представители этого комитета, сам же комитет образован якобы в Эстонии. 1 августа 1944 года в шведской газете "Дагенс нюхетер" был опубликован манифест этого комитета, датированный 23 июня 1944 года и составленный якобы в Таллине. В действительности же манифест был написан РЕЕМ в Стокгольме. В этом манифесте говорится: "Задача комитета заключается в осуществлении государственной власти в Эстонии до тех пор, пока не начнется деятельность конституционных органов в стране, и прежде всего в организации защиты государства и народа Эстонии".
Из организаторов комитета, кроме РЕЯ, - лидера эстонских социал-демократов, заслуживает внимания лидер партии новопоселенцев (середняцкие и бедняцкие слои крестьянства) Рудольф ПЕННО. Остальные два представителя - А. ОРЕС и Г. СУИТС (поэт-литератор, бывший ректор университета в Тарту) в политической жизни Эстонии известностью не пользовались.
Комитет разослал шведским фирмам и частным лицам обращение с просьбой о пожертвованиях в фонд комитета. Одновременно комитет начал проводить сбор средств среди эстонцев, проживающих в Швеции.
Кроме этих лиц, активное участие в антисоветской деятельности эстонских эмигрантов принимают бывший эстонский посланник в Швеции ЛАРКТЕЙ В. и бывший атташе эстонской миссии в Стокгольме ЛИНХОРСТ Аксель.
Стокгольмский центр был связан с националистическими формированиями прибалтийской эмиграции в других странах, в частности в США, и получал значительные суммы от официально признанного в США дипломатического представительства б. Эстонии.

Латвийская эмиграция

Латвийская эмиграция имеет в Швеции своих представителей в лице бывшего латвийского посланника в Стокгольме САЛЬНАЙСА, возглавляющего латвийскую эмиграцию в Швеции; бывшего декана философского факультета Рижского университета профессора Франсиса БАЛОДИС, зачисленного шведами штатным профессором университета в Упсале; бывшего министра иностранных дел Феликс ЦИЕЛЕНС; бывшего сотрудника отдела пропаганды латвийского правительства до 1940 года реакционера СИДЛИЦ; бывшего секретаря латвийского посольства в Стокгольме В. КРЕЙЦВЕРГ, ныне сотрудника американской миссии в Стокгольме и др.
Латвийская эмиграция группируется вокруг так называемого "Латвийско-шведского комитета помощи", (Адрес: Стокгольм, Кунгсгатан, 70) в состав которого входят вышеперечисленные лица, а также некоторые представители шведской общественности (капитан АКСЕЛЬСОН, магистр-филолог Пер САНДБЕРГ и др.).
Латвийская эмиграция в Стокгольме играла большую роль в качестве связующего звена между националистическим подпольем в Латвии и латвийским эмигрантским центром, который до конца 1942 года действовал в Женеве под руководством бывшего представителя Латвии в Лиге наций ФЕЛЬДМАНА, а затем переместился в Лондон, где он возглавляется бывшим латвийским посланником в Лондоне Чарльзом ЗАРИНШ.
Латвийские националисты из Стокгольма пытались организовать на территории Латвии во время немецкой оккупации свои националистические организации. Так, в Латвии была создана нелегальная националистическая организация "Союз латышских патриотов", которая в своей деятельности ориентировалась на помощь Англии, Америки и Швеции. Организация издавала свою собственную нелегальную националистическую газету "Латыш". В распоряжении организации находились вооруженные отряды, готовившиеся для борьбы с Красной Армией. В конце 1943 г. эта организация посылала своих курьеров в Швецию для связи с эмигрантами. В том же году САЛЬНАЙС с ведома и при помощи шведского генерального штаба установили двухстороннюю радиосвязь с подпольными организациями в Латвии.

Литовская эмиграция

Литовские националисты в Швеции немногочисленны и являются лишь звеном для связи между националистическими группировками в Литве и главным центром литовской эмиграции в США и его филиалом в Лондоне. Литовские эмигранты группируются в Швеции вокруг бывшего литовского посланника в Швеции Витаутас ГИЛИЖ, бывшего секретаря литовской миссии в Стокгольме Владас ЗИЛИНСКАС, и "идейного" вождя литовских националистов, автора ряда антисоветских книг и статей писателя ШЕЙНИУСА. С согласия литовского центра в США ЗИЛИНСКАС поступил на работу в американскую разведку, где заведовал отделом радиоперехватов из Прибалтики. Одновременно он выполнял разведывательные задания англичан. В 1942 г. ЗИЛИНСКАС был арестован шведами по обвинению в шпионаже, но после вмешательства союзников освобожден.
Литовские националисты в Швеции были связаны с подпольными националистическими организациями в Литве: с "Советом наций" и "Верховным комитетом освобождения Литвы". В частности с последней организацией связь поддерживал прибывший для этого из Америки в Швецию бывший полковник генерального штаба литовской армии, впоследствии военный атташе в Берлине, ГРИНИС. ЗИЛИНСКАС в 1943 г., по договоренности со шведским генштабом, также организовал радиосвязь с Литвой и сам лично помогал забрасывать террористические и диверсионные группы из поляков и литовцев в Литву для борьбы в тылу Красной Армии в случае её прихода в Литву.


2. ПОКРОВИТЕЛЬСТВО ШВЕДСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА
ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРИБАЛТИЙСКОЙ ЭМИГРАЦИИ

Шведское правительство в 1940 году, будучи заинтересовано в экономических связях с Советским Союзом, было вынуждено пойти на фактическое признание вхождения прибалтийских государств в Советский Союз (не делая однако по этому поводу никаких публичных заявлений) и закрыть существовавшие в Швеции дипломатические представительства этих государств. Однако шведское правительство взяло под свое покровительство бывших дипломатических представителей прибалтийских государств и всё время оказывало большое содействие их антисоветской деятельности, допуская легальное существование и деятельность националистических организаций прибалтийской эмиграции на территории Швеции.
После присоединения прибалтийских государств к Советскому Союзу в Швеции продолжали активно функционировать существовавшие там ранее культурные общества, в которых принимали участие также представители шведской общественности:

1. Шведско-эстонское общество.
2. Шведско-латвийское общество.
3. Шведско-литовское общество.

Некоторое время спустя прибалтийские националисты создали в Швеции свои национальные общества:

1.Эстонское общество;
2. Латвийское общество и
3. Литовское общество;

В 1942-43 г. в Швеции были созданы еще три общества:

1. Шведско-эстонское общество помощи;
2. Шведско-латвийское общество помощи;
3. Шведско-литовское общество;


Основной задачей этих обществ было оказание помощи прибалтийским эмигрантам, подыскание им работы и т.д.
Шведское правительство оказывало большую материальную помощь прибалтийским эмигрантам через шведский Красный Крест, различные религиозные общества и через частные торговые и промышленные предприятия. Так, например, Шведско-латвийское общество помощи в 1944 году получило от фирмы АСЕА 30 тыс. крон для оказания помощи беженцам.
Шведские газеты охотно публикуют антисоветскую клевету, сочиняемую прибалтийскими эмигрантами, издают их книги и т.п. Шведское правительство допускало антисоветские публичные выступления прибалтийских эмигрантов на различных собраниях и митингах. Август РЕЙ неоднократно выступал с антисоветскими докладами перед шведской аудиторией. Профессор БАЛОДИС, автор ряда клеветнических антисоветских статей, напечатанных в шведской прессе, является профессором шведского университета и руководит специально созданной при университете прибалтийской кафедрой.
В марте 1943 года бывший проректор университета в Тарту ПЕРЛИТЦ, упомянутый профессор БАЛОДИС и литовский писатель, автор антисоветских книг, ШЕЙНИУС опубликовали в шведской прессе обращение "К мировому общественному мнению", в котором, ссылаясь на Атлантическую хартию, требовали самостоятельности для прибалтийских государств и клеветнически утверждали, что присоединение этих государств к Советскому Союзу было произведено насильственным путем, против воли прибалтийских народов. В мае того же года эти эмигранты создали так называемый "Прибалтийский комитет", к деятельности которого были привлечены некоторые состоятельные шведы. Комитет вскоре имел в своем распоряжении фонд около 100 тыс. шведских крон.
Шведские военные и гражданские власти помогали прибалтийским эмигрантам поддерживать контакт с прибалтийскими советскими республиками для проведения там подпольной антисоветской деятельности. С ведома шведского генерального штаба между прибалтийскими эмигрантами в Швеции и Прибалтикой была установлена даже нелегальная радиосвязь.
В 1943 году шведские власти организовали в окрестностях Стокгольма лагерь для прибалтийских беженцев, бежавших из Прибалтики в период немецкой оккупации. Лагерь был целиком предоставлен идеологическому попечению антисоветской националистической эмиграции в лице бывших дипломатических представителей прибалтийских государств. Шведские власти отказались допустить в этот лагерь советского представителя.
В 1944 году шведские власти разрешили создать в Швеции специальное "Балтийское прессбюро", распространяющее клеветнические антисоветские материалы в шведской печати и издающее печатный орган "Балтийские известия" на шведском и эстонском языке. Этот орган использует, кроме своих антисоветских измышлений, всю немецкую клеветническую пропаганду против Советского Союза.
Допуская широкое распространение в Швеции пропаганды прибалтийской националистической эмиграции, шведское правительство поощряет также деятельность отдельных шведских политических деятелей и интеллигенции в организациях этих эмигрантов, в различных обществах и организациях помощи прибалтам.
Шведское правительство предоставило некоторые шведские учреждения для деятельности прибалтийской эмиграции. Так, например, шведский государственный музей истории (Нарвавеген, 17), возглавляемый профессором Биргер НЕРМАНОМ (братом известного ренегата-троцкиста Турс Нермана, редактора троцкистской газеты "Тротц Альт"), является своего рода клубом прибалтийских националистов. В Стокгольмском университете шведы разрешили учиться группе студентов, эмигрировавших из Прибалтики в период немецкой оккупации, и выплачивают этим студентам стипендии. Большая часть этих "студентов" является немецкими шпионами. Например, студент ЯНССОН Гуннар, латыш, служил в гестапо в Риге; ВИНТЕРС, латыш, служил в СС; ЛАУРСОКС и КОППЕЛЬ, латыши, репатриированные в 1941 году из Латвии в Германию, сотрудники гестапо - все они в настоящее время студенты-стипендианты в Швеции.
Из шведов, активно участвующих в антисоветской деятельности прибалтийской эмиграции, можно указать на упомянутого выше профессора Виргер НЕРМАН, баронессу СТЕНБОК, сотрудницу социального управления, генерала МУТАНДЕРА и др.

3. СОДЕЙСТВИЕ ШВЕДОВ В ВЫВОЗЕ ПРИБАЛТИЙСКИХ НАЦИОНАЛИСТОВ И НЕМЕЦКИХ АГЕНТОВ В ШВЕЦИЮ

До начала наступления Красной Армии на Прибалтику число эмигрантов, бежавших из Прибалтики в Швецию, было относительно невелико. Однако с наступлением Красной Армии на Прибалтику поток беженцев в Швецию резко увеличился.
В августе - сентябре 1944 г. в Швецию в среднем прибывало 40-50 человек одних только эстонских беженцев.
Немцы, видя неизбежность потери Прибалтики и невозможность эвакуировать всех лиц, которые так или иначе сотрудничали с ними, не только ослабили контроль на побережье, но даже способствовали бегству в Швецию лиц, в спасении которых они были заинтересованы.
В 1943-44 г. шведские власти по договоренности с местными немецкими оккупационными властями в Эстонии эвакуировали в Швецию около 6. тыс. эстонских шведов.
Прибалтийские эмигранты, пользуясь поддержкой шведского правительства и американской миссии в Стокгольме, организовали в широких размерах эвакуацию прибалтийского населения в Швецию.
Особенно активную деятельность по организации эмигрантского потока развили эстонские националисты. С целью отбора лиц, подлежащих эвакуации, они направляли в Эстонию специальных людей, которые проводили соответствующую работу на территории Эстонии по эвакуации националистических элементов. Этой деятельностью руководил бывший эстонский посланник в Швеции ЛАРЕТЕЙ.
Вышеупомянутые "общества помощи", созданные прибалтийскими эмигрантами при участии шведов (Шведско-эстонское общество, Эстонское общество, Шведско-латвийское общество помощи и др.) открыли специальные бюро, которые за различные суммы перевозят из Прибалтики ближайших родственников эмигрантов. В одном из таких бюро стоимость перевозки одного человека из Прибалтики была определена в 200 крон. Шведские власти дали разрешение на такого рода переброску населения из Прибалтики.
Среди организаций, занимающихся доставкой прибалтийского населения в Швецию, активно действует созданный шведами и прибалтийскими эмигрантами "Комитет помощи беженцам из Прибалтики", возглавляемый шведом САНДЕ, директором фирмы кассовых аппаратов. САНДЕ предоставил в распоряжение комитета дом своей фирмы по Вазагатан, 19-21.
Для перевозок эмигрантов, бегущих из Прибалтики, использовались шведские суда и буксиры, в том числе пароходы "Густав", "Энге", "Хинц", "Вирро", шхуна "Юхан" (капитан - эстонец Мианнапсоо) и др. Кроме того, шведы охотно продавали прибалтийским эмигрантам свои суда для перевозки беженцев из Прибалтики.
Шведское правительство и шведские военные власти снабжали суда, занимающиеся перевозкой беженцев горючим и продовольствием.
В результате к октябрю 1944 года в Швеции оказалось, по данным самих шведов около 25 тысяч прибалтийских беженцев, в том числе эстонцев около 23 тыс., латышей около 2тыс. и несколько сот литовцев.
По поручению шведского МИД'а на острове Готланд в порту Слите был организован пункт для приема прибалтийских беженцев. Во главе пункта поставлен латыш-реакционер СИДЛИЦ, бывший сотрудник отдела пропаганды последнего латвийского правительства, бежавший в Швецию после присоединения Латвии к Советскому Союзу. СИДЛИЦ сортирует всех прибывающих в Швецию эмигрантов, причем тех, которые кажутся ему левонастроенными, он направляет в особые лагери или на лесные работы.
Прибывающих в Швецию прибалтийских эмигрантов шведское правительство снабжает одеждой, обувью, продуктами питания и, кроме того, выдает деньгами около кроны в день.
В июне 1944 года шведское правительство создало специальное управление - "Государственную комиссию по делам беженцев" и изъяло дела беженцев из Социального управления, которое ими занималось. В действительности эта комиссия является полицейским органом, который пытается скрыть от шведской общественности настоящее лицо беженцев. Официально в функции комиссии входит размещение беженцев, их трудовое устройство, выдача паспортов, определение на жительство и контроль за их поведением. Шведская полиция, занимающаяся вопросами беженцев (непосредственно этим делом ведает служащий полиции САНДБЕРГ) рекомендует некоторым прибалтийским беженцам менять свои фамилии, "чтобы избежать неприятностей в будущем". Так, например, по настоянию шведской полиции латыш БАБУЛИС и латышка ШЕБШЕЛОВИЧ переменили свои фамилии на фамилию АНДЕРСЕН.
Шведские власти всякими способами стараются скрыть свое активное участие в вывозе прибалтийского населения в Швецию. Так, суда, отправляющиеся в Прибалтику, регистрируются якобы для отправки в Финляндию. Разрешая прибалтийским эмигрантам рейсы в Прибалтику, шведские власти требуют от них сохранение этого в тайне и предупреждают, что в случае недоразумений они будут ссылаться на "частную инициативу" эмигрантов.
Шведское информационное управление сделало категорические указания шведской прессе не публиковать никаких данных о лицах, прибывающих из Прибалтики.

4. ПОМОЩЬ СО СТОРОНЫ США ПРИБАЛТИЙСКОЙ НАЦИОНАЛИСТИЧЕСКОЙ ЭМИГРАЦИИ

Прибалтийская националистическая эмиграция с первых дней своего существования пользуется активной поддержкой США, где до сих пор не закрыты дипломатические представительства прибалтийских государств. В декабре 1940 года литовские эмигранты были приняты президентом РУЗВЕЛЬТОМ. На приеме РУЗВЕЛЬТ заявил: "Литва не лишилась своей самостоятельности, вопрос этот пока только отодвинут на некоторый срок".
После вступления в войну американцы не прекратили оказывать поддержку прибалтийской эмиграции, подогревая её антисоветскую деятельность обещаниями отстаивать самостоятельность прибалтийских государств. УИЛКИ в начале 1941 года в беседе с бывшим латвийским посланником в Лондоне ЗАРИНШ заявил, что Англия и США будут отстаивать независимость бывших прибалтийских государств. Американцы разрешили деятельность большого количества антисоветских и даже пронемецких прибалтийских организаций на территории США, допускают издание антисоветских националистических газет и публикаций прибалтийской эмиграции и предоставляют страницы своих газет для их пропаганды. США разрешают прибалтийским эмигрантам продавать национальное имущество прибалтийских государств (в частности суда), принадлежащие разным лицам, бежавшим из Прибалтики. Через свои миссии в других странах США оказывают материальную поддержку прибалтийской эмиграции в этих странах.
Американцы особенно интересовались деятельностью прибалтийской эмиграции в Швеции, используя её для изучения положения в Прибалтике. При миссии США в Стокгольме был аккредитован специальный атташе, личный представитель РУЗВЕЛЬТА, занимавшийся вопросами Прибалтики (До 1943 г. эту должность занимал американский разведчик ХОНИЕР, а затем его сменил ТИКАНДЕР). При американской миссии в Стокгольме работает специальная группа из прибалтийских эмигрантов в количестве 5 человек, которая занимается сбором информации по Прибалтике для правительства США. Эту группу возглавляет бывший секретарь латвийской миссии в Стокгольме В. КРЕЛЦБЕРГ.
В 1944 году, когда поток беженцев из Прибалтики значительно увеличился, в американской миссии была организована специальная комиссия по вопросам беженцев, в задачи которой входит оказание помощи лицам, бежавшим с оккупированных немцами территорий. Во главе этой комиссии стоит финансовый атташе миссии США в Стокгольме УЛЬСЕН.
Эта комиссия организовала перевозку прибалтийского населения в Швецию и снабжала беженцев на территории Швеции всем необходимым. По имеющимся, далеко не полным сведениям эта комиссия за период с июня по сентябрь 1944 года только из одной Эстонии вывезла 600 беженцев. Опрос этих беженцев показал, что они бежали из Эстонии не от немецкой оккупации, а от приближающейся Красной Армии. Большей частью это были эстонские националисты, сотрудничавшие с немцам в Эстонии и опасающиеся ответственности перед советскими властями.
Американская миссия отпускала значительные суммы для оплаты мероприятий по эвакуации прибалтийского населения в Швецию.
По имеющимся данным, вышеназванный УЛЬСЕН, с согласия американского посланника ДЖОНСОНА, выплатил якобы для спасения прибалтийских евреев следующие суммы:
Эстонским представителям в лице ЛОРЕТЕЯ, РЕЯ и др. - 500 тыс. крон.
Латвийским представителям в лице САЛЬНАИСА, СИЛИНШ и др. - 200 тыс. крон.
Литовским представителям - 250 тыс. крон.
На эти деньги указанные представители купили суда, которые перевозили беженцев в Швецию. Несмотря на то, что деньги отпускались под видом организации спасения прибалтийских евреев, среди прибывших в Швецию беженцев евреев почти совсем не оказалось.
Пытаясь придать кампании "спасения" прибалтийских беженцев большее значение американцы направили в Швецию представителя ЮННРА Кевиаля ГУДМАН, который посетил в октябре сего года лагери прибалтийских беженцев на острове Готланд и заявил в интервью газете "Дагенс нюхетер", что "сотрудничество военных и гражданских властей и добровольных организаций произвело на него большое впечатление".

5. ЗАИНТЕРЕСОВАННОСТЬ НЕМЦЕВ В ЭВАКУАЦИИ СВОИХ ПОСОБНИКОВ ИЗ ПРИБАЛТИКИ В ШВЕЦИЮ

О том, что немцы были заинтересованы спасти часть своих наиболее скомпрометированных пособников в период оккупации Прибалтики путем эвакуации их в Швецию, говорит тот факт, что они через специального представителя, некоего КЛЕЙСТА, в сентябре-октябре с.г. вели переговоры по этому вопросу со шведскими властями, в частности с начальником правового отдела шведского министерства иностранных дел ХЕЛЬСТЕДОМ. В результате шведским военным кораблям было разрешено подходить к берегам Эстонии для сопровождения судов с беженцами. Для облегчения эвакуации, немцы оставили совершенно открытым побережье острова Эзель в районе Карала протяжением в 10-15 км.
Местные оккупационные власти сами участвовали в подборе контингентов, подлежащих эвакуации из Прибалтики, стремясь направить в Швецию своих агентов-разведчиков и лиц, скомпрометированных сотрудничеством с оккупантами.
Среди прибалтийской эмиграции в Швеции есть немало лиц, являющихся немецкими агентами. Так, в 1941 году из Германии в Швецию прибыли известные немецкие шпионы: бывший начальник разведотдела эстонского генштаба МАЗИНГ и бывший начальник протокольного отдела эстонского МИД'а КИРОТАР, которые вели работу среди эстонской эмиграции в Швеции, вербуя среди них сотрудников для немецкой разведки. Во время первых военных успехов немцев многие видные прибалтийские эмигранты склонялись на сторону немцев. По недостаточно проверенным сведениям, даже такие лица, как бывший эстонский посланник в Швеции ЛАРЕТЕЙ и атташе эстонской миссии ЛИНДКОРСТ изъявляли желание сотрудничать с немцами.
Особенно большой поток немецких разведчиков хлынул в Швецию в последнее время.

6. ПРИБАЛТИЙСКИЕ НАЦИОНАЛИСТЫ И НЕМЕЦКИЕ
АГЕНТЫ СРЕДИ ЭМИГРАЦИИ

Шведская полиция, которой поручено наблюдение за прибывающими в Швецию прибалтийскими эмигрантами хранит данные о них в большом секрете. Прессе, как уже упоминалось, категорически запрещено публиковать что-либо об эмигрантах. Но даже скудные сведения о составе прибывающих в Швецию прибалтийских эмигрантах свидетельствуют о наличии среди них большого числа немецких пособников и агентов.