1939 год

 

23. Агентурное сообщение
24. Документ эстонской миссии
25. Документ эстонской миссии
26. Документ эстонской миссии


23. Агентурное сообщение

 

Из агентурного сообщения от 26.VI.1939 г.




II ИНТЕРНАЦИОНАЛ


БЕСЕДА С ПОЛЬСКИМ ДЕЛЕГАТОМ НЕДЗЯЛКОВСКИМ


18.VI с.г. в Брюсселе я встретился с Недзялковским. Воспроизвожу мою беседу с ним.

Я - ну что? Как, не отдадите Данцига немцам?

НЕДЗЯЛКОВСКИЙ - Польша будет сопротивляться, если Франция и Англия не сдрейфят в последний момент.

Я - Позвольте, как же так? До сих пор поляки заявляли, что будут драться независимо от того как поступят Лондон и Париж!

НЕДЗЯЛКОВСКИЙ - Так то оно так, но все же одна Польша без союзников не может воевать против Германии. Мы всегда воевать готовы, у нас полтора миллиона под ружьем. Если Париж и Лондон не уступят, Гитлер Данцига не получит.

Я - В Париже ходят слухи будят слухи будто уже ведутся переговоры между Варшавой и Берлином на предмет компромисса.

НЕДЗЯЛКОВСКИЙ - Это не верно. Германия никаких новых предложений не делала. Я думаю, что компромисс не возможен. Самая большая уступка, которую Польша могла бы сделать, это провести упразднение должности верховного Комиссара Лиги наций, и разделить его функции между польским и немецким представителями. Данциг при этом должен был бы оставаться свободным городом и быть нейтрализованным. Согласиться на проведение немецкой автострады через Померанию мы не можем ни в каком случае. Армия этого не допустит. Между тем Вы знаете, что Гитлер хочет получить Данциг для того, чтобы сделать из него военно-морскую базу и командовать в Балтийском море. А автострада ему нужна для того, чтобы захватить нас в тиски. Бек не может теперь вернуться к своей старой политике как выразился генерал Гребецкий (председатель комиссии по военному займу) Бек думал только прокатиться немного на английской лошади, но она неожиданно для него "понесла" и занесла так далеко, что оттуда пересесть уже на немецкого коня невозможно.

Сейчас общей политикой руководит Рыдз-Смиглы. Около Бека находится Арцишевский, тов. министра, который является доверенным лицом от армии. Он сторонник антигерманской политики, убежденный враг Гитлеровской Германии.

Военные круги полагаются на него в том смысле, что он сумеет во время парализовать немецкие интриги.

С Литвой у Польши теперь хорошие отношения. Недавно были переговоры между польскими и литовскими генеральными штабами и можно считать установленным, что в случае войны Литва пойдет с нами.

Дело обстоит далеко не так хорошо с Латвией и Эстонией. Там теперь у власти германофильские элементы: в частности в Риге сейчас приобрели влияние те самые круги, которые во время войны "сотрудничали" с немецкими оккупационными войсками, а потом с Бермонтом-Аваловым.

Я знаю от Аруншевского об его разговоре с Потемкиным во время его недавнего посещения им Варшавы. Обе стороны пришли к полному соглашению. В частности по вопросу о Балтийских государствах было решено, что после заключения франко-англо-советского договора Варшава и Москва заявят, что проникновение Гитлеровской Германии в Прибалтийские государства будет ими рассматриваться как угроза жизненным интересам Сов.Союза и Польши.

Во всяком случае Англия уже осведомлена об этой точке зрения Польши.

В беседе о внутреннем положении Польши Недзялковский не сообщил ничего нового. Да и времени не было продолжать разговор.

Сказал Недзялковский лишь одно, что Витош очень популярен и что он занимает непримиримую позицию по отношению к Германии.



24. Документ эстонской миссии


ЭСТОНCKOE ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО


ЛОНДОН, 1-го авг. 1939 г.

Министру Иностранных Дел

Таллинн


Как я уже писал в донесении от 2.VIII.39 г. зa № 91 д-р Дальтон 31-го июля говорил об Эстонии и Латвии в недоброжелательном тоне. В виду того что Дальтон является виднейшим представителем оппозиции, его речь привлекла внимание дипломатических кругов. К счастью для нас, ни одна из больших газет даже "Дейли Геральд" не реферировала этой части речи Дальтона.
Некоторые лица, слышавшие Дальтона в Нижней Палате, говорили мне, что его речь прозвучала очень резко: при чтении она не производит такого впечатления. Это объясняется тем, что Дальтон воздержался от определенных утверждений. Он основывался, главным образом, на слухах. Но из того, что требования русских он считает вполне обоснованными, можно заключить, что он верит этим слухам.
Из каких источников Дальтон почерпнул эти сообщения?
Известно, что в некоторых здешних левых кругах считают, что Эстония, Латвия и Финляндия находятся под сильным влиянием Германии (но при этом в пользу Финляндии говорит то, что там у власти находятся социалисты, а также ее дружба с скандинавскими государствами, которые имеют хорошую репутацию в английских левых кругах).
С другой стороны следует отметить, что против нас ведется агитация, которою руководят лица, близко стоящие к Москве, и связанные также с французскими левыми кругами. Так например особенно часто передает сообщения о германском влиянии в Эстонии и Латвии Mediterranean Press Agency, которое получает информацию из Парижа, и связано также с советами.
У меня имеются вполне точные сведения о том, что в парижских кругах убеждены в тесной связи между Эстонией, Латвией и Германией. Недавно в Париж ездили некоторые представители рабочей партии, в том числе лорд Страбольг. Вернувшись из Парижа, этот последний выступил на одном закрытом банкете с речью, в которой подтвердил вышеупомянутые слухи о германском влиянии в Эстонии и Латвии. На этом же банкете случайно присутствовал также лорд Юзборн, который заявил, что его мнение не сходится с парижскими впечатлениями Страбольга.
Д-р. Дальтон коснулся также вопроса о прибалтийской печати. К несчастью, в некоторых случаях он был прав. Так напр. в "Брива Земе" появилось несколько анти-английских статей, написанных в очень резком тоне.
Вполне понятно, что англо-русские переговоры могли вызвать наше недовольство. Но тем не менее, нашей печати следовало бы воздержаться от излишних резкостей. Пользы от них никакой. Скорее они приносят вред.

Посланник

(Подпись)




25. Документ эстонской миссии



ЭСТОНСКАЯ МИССИЯ

ЛОНДОН, 22-го августа 1939 г.


СЕКРЕТНОЕ

Министру Иностранных Дел Республики

Таллинн


Полученная вчера вечером из Берлина официальная информация о завтрашней поездке ф.Риббентропа в Москву для подписания германо-советского пакта о ненападении, была для здешних политических кругов полной неожиданностью. Вчера хотя и разбирали в Foreign Office вопрос о том, какие последствия могут возникнуть из нового германо-советского экономического соглашения, но данных, на основании которых можно было предсказать столь быстрое получение упомянутых сенсационных новостей, Foreign Office не имел.

Позавчера здешний финский посланник получил из Гельсингфорса сообщение о том, что по сведениям полученным в Гельсингфорсе из Берлина, во вторник (т.е. сегодня) в Берлине должно произойти нечто очень важное. Посланника просили выяснить имеются ли относительно этого ближайшие сведения. Посланник был вчера у Мр.Стренга, последний сказал, что в настоящее время разговор идет о многих датах, так что подобные слухи не следует принимать серьезно. Относительно сегодня Мр.Стренг не мог ничего предсказать.

Финский посланник воспользовался случаем, чтобы переговорить со Стренгом относительно ведущихся переговоров. Стренг подтвердил финскому посланнику тоже самое, о чем я уже писал 10-го августа за № 99. Именно, Стренг предполагает:

1) что интерес СССР к косвенной агрессии - и вообще к обеспечению Прибалтийских стран обусловлен главным образом страхом перед Германией, а не вследствии его злых намерений в отношении балтийских государств, как многие предполагают.

2) что СССР теперь серьезно заинтересован в заключении договора с Великобританией и Францией.

Вчера вернулся из Франции военный министр Хора-Белиш, имевший, в Париже длинный разговор с Даладье.

Одному знакомому мне члену парламента Хора-Белиш говорил, что переговоры с СССР нужно было бы ускорить.

Foreign Office'у сейчас не ясно, с каким поворотом в московской политике нужно считаться. Сообщение прессы лансируется теперь главным образом из Берлина. Москва сравнительно сдержанна.

Оттуда до сих пор было получено только подтверждение относительно прибытия ф.Риббентропа. Теперь и для Foreign Office также ясно, что Москва вела тайные переговоры с немцами уже в течении некоторого времени. Относительно этих переговоров здесь ничего не подозревали. Только тогда, когда выяснятся подробности относительно переговоров и только тогда когда станет известным текст нового германо-советского договора о ненападении, можно будет сказать что-нибудь точное относительно того, какие изменения в общеполитическом положении принесут с собой эти новые обстоятельства.

Здесь циркулируют самые разнообразные слухи. Так между прочим говорят, что у Германии с СССР был разговор не только о Польше, но и о балтийских странах, именно, будто бы Германия согласилась признать принадлежность Финляндии, Эстонии и Латвии к специфической сфере влияния СССР. Повторяю, что это только слухи. Официального подтверждения их еще не получено.

Вообще же здесь предполагают, что положение Польши будет еще более тяжелым. Конечно, Польша и раньше не ожидала непосредственной поддержки от СССР, но неизвестность на какую точку зрения встанет СССР в германо-польском конфликте, могла все-таки побудить немцев к осторожности. Если же германо-советский договор должен вылиться в таковой, что Германия может не бояться сюрпризов от СССР, то Германия может на востоке действовать значительно свободнее. Но что-нибудь более определенное относительно этого можно сказать только после выяснения объема германо-советского соглашения.

Ближайшие дни должны бы это выяснить.


(Подпись)



26. Документ эстонской миссии



ЭСТОНСКОЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО

СЕКРЕТНО


№ 146

Лондон, 16-го октября 1939 года

Министру Иностранных Дел    


Таллинн



Почтовое сообщение между Эстонией и Англией все еще крайне неудовлетворительно, случайно и неопределенно. Поэтому я воздерживаюсь от отправки почтой политической корреспонденции. Так как это письмо идет не с обычной почтой, то я вкратце коснусь последних событий:

1. В Foreign Office были очень озабочены ходом событий в Эстонии, Латвии и Литве. Говорят, что в будущем у этих государств будет мало подходящих условий для улучшения своего положения, которое ей в действительности навязано силой, формально же считается установленным на основании соглашения. Понимают, что Балтийские государства были поставлены в крайне затруднительное положение и сожалеют, что Англия в бассейне Балтийского моря не имеет политического влияния. Но в адмиралтействе не теряют надежду, что когда-нибудь и там положение Англии будет более благоприятным.

2. У меня создалось впечатление, что в Foreign Office после заключения договора с Москвой, на будущность Балтийских государств смотрят очень пессимистически. Еще не выяснилось, насколько в новых условиях Балтийские государства смогут развивать свои хозяйственные отношения с Англией. Все же Foreign Office надеется, что экономическое сотрудничество с Балтийскими государствами будет продолжаться, и он попросил соответствующие учреждения придти по возможности навстречу Балтийским государствам при выдаче лицензий. С другой стороны Англия несомненно заинтересована в получении наших экспортных продуктов. Подробно об этом говорил Галлиенне в Таллинне.

3. В настоящий момент в центре внимания финский вопрос, за которым Ф.О. следит с напряженным интересом. Относительно советских требований точных сведений не имеется, т.к. как Маннергейм, так и Эркко в разговоре с английским посланником были очень скрытны. Существует предположение, что СССР будет продолжать политику Витте, т.е. постарается получить выход в открытое море через север Скандинавии, но точных сведений относительно этого не имеется.

4. В политических кругах говорят, что в случае, если возникнет война между Финляндией и СССР, и если в этой войне примет участие Швеция, то нет ничего невозможного в том, что Англия сможет послать свои морские силы в Балтийское море. Относительно этого я должен сказать, что никакого определенного решения еще не вынесено, но штабы взвешивают все возможности.

5. Заведя разговор о Балтийских государствах, главный редактор одной из местных крупных газет заметил, что эти государства очень симпатичные. К сожалению они допустили ту крупную ошибку, что каждое считало себя в отдельности очень значительным. Никакого серьезного сотрудничества между ними не было, что особенно проявилось в событиях последних недель.

6. Ф.О пытался уяснить себе дальнейший ход развития советской политики, но безуспешно. Разъяснения, данные Майским, были очень общими. Здесь создается впечатление, что Москва намеренно держит Майского в неведении.


(Подпись)