Договор о нераспространении ядерного оружия. Проблемы продления (Открытый доклад СВР за 1995 год)

Опубликовано: 2000 г.

После окончания "холодной войны" в мировом сообществе утвердилось понимание того, что новым и наиболее опасным для данного периода вызовом человечеству является распространение оружия массового уничтожения (ОМУ). Этой теме был посвящен доклад Службы внешней разведки Российской Федерации, опубликованный в начале 1993 года. События, прошедшие с тех пор, в целом подтвердили обоснованность тревожных прогнозов развития ситуации в мире, расползания ОМУ и опасности, пусть пока только теоретической, применения его в межнациональных и региональных конфликтах.

Однако тревогу порождает не только принятие решений о производстве "сверхоружия" в ряде стран, но и возможность ревизии после окончания "холодной войны" уже существующих договоренностей, подтвердивших свою дееспособность и полезность. Поступают сигналы о том, что одним из первых в этом ряду может стать Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) — не только единственная реально существующая, но и универсальная, широко признаваемая общемировая основа сдерживания расползания ядерного оружия.

Договор о нераспространении ядерного оружия был открыт к подписанию 1 июля 1968 года и вступил в силу 5 марта 1970 года. К настоящему времени в нем участвуют 172 страны, включая все ядерные державы, в том числе Российскую Федерацию как единственного правопреемника обязательств СССР по Договору.

Двадцать пять лет существования Договора — вполне достаточный срок для того, чтобы осознать его преимущества и слабости, выработать оптимальную позицию в отношении ДНЯО с учетом обстановки и задач сегодняшнего и завтрашнего дня. Остались считанные недели до того момента, когда Конференция по продлению Договора вынесет свой вердикт. Возможны, несколько "сценариев" развития событий. Из п. 2 статьи Х ДНЯО логически вытекают: бессрочная пролонгация Договора; его продление на 25 лет, после чего созывается конференция, которая решает, должен ли он продолжать действовать бессрочно или быть вновь продлен; продление Договора на иной "определенный период или периоды времени". Однако теоретически возможны по крайней мере еще два варианта: выдвижение большинством неядерных стран — членов ДНЯО заведомо неприемлемых условий пролонгации данного Договора (то есть фактический отказ от его продления) и затягивание на неопределенный срок работы данного форума вследствие сложности рассматриваемой проблемы, что также равносильно отказу от продления Договора.

Вокруг условий и сроков пролонгации ДНЯО ведется активная борьба. Ситуация осложняется значительным разбросом мнений среди самих его участников. Как показали предварительные обсуждения, около половины из них в той или иной степени уже выразили свою поддержку безусловного и бессрочного продления ДНЯО. Лишь незначительная часть стран однозначно высказывается против. Однако большое число участников Договора еще не определили свою позицию, и именно они могут оказать существенное влияние на результаты Конференции и тем самым на ход всего последующего международного процесса.

Для России та или иная судьба ДНЯО не только неизбежно скажется на ее стратегическом курсе обеспечения международной безопасности, но и окажет серьезное влияние на интересы национальной безопасности: появление на границах РФ новых ядерных стран создало бы реальную угрозу, дестабилизировало бы обстановку в зоне "ближнего зарубежья", вынудило бы пересмотреть ориентиры российской оборонной политики, в том числе в части ее ядерного компонента. Такая оценка прозвучала в выступлении Президента Российской Федерации на 49-й сессии ГА ООН, в котором он однозначно высказался за бессрочное и безусловное продление Договора.

В новом открытом Докладе аналитики Службы внешней разведки Российской Федерации попытались изложить свои оценки перспектив укрепление режима ядерного нераспространения и определить место ДНЯО в этом режиме. Иными словами, речь идет о том, какой из теоретически возможных "сценариев" в отношении судьбы ДНЯО может привести к международной практике, которая, с одной стороны, укрепляла бы ядерные государства в понимании бесперспективности ядерных амбиций и, с другой — в максимальной степени лишила бы неядерные страны стимулов к обладанию этим видом "сверхоружия", в то же время гарантировав их от ядерной угрозы в любых ее формах и проявлениях, создавала бы равные возможности в развитии ядерной энергетики и связанных с ней областей науки.

Следующая часть