Разведка и создание атомной бомбы

Введение

16 июля 1945 г. в обстановке полной секретности в пустынной местности штата Нью-Мексико, в Аламогордо, США произвели первое в истории испытание атомного оружия. Президент США Г. Трумен, которому доложили об успешном испытании "сверхбомбы", был потрясен, поскольку внезапно почувствовал себя властелином мира. Даже будучи еще вице-президентом, он не знал и не догадывался о том, что тайно на создание оружия колоссальной разрушительной силы тратятся миллиарды долларов.

А степень секретности , действительно, была чрезвычайно высокой. Американский атомный "Манхэттенский проект" осуществлялся в пустынном месте. Для переписки с родственниками , работающими в Лос-Аламосе, письма следовало адресовать в Армию США, почтовый ящик 1663.

То, что являлось секретом для сенатора, а затем вице-президента США Г. Трумена, не было секретом для советской внешней разведки, которая еще в 1941 г. получила в Лондоне информацию о заседании Уранового комитета и рекомендации Комитета начальников штабов о немедленном начале работ по созданию атомного оружия.

Внешняя разведка информировала Москву и о ведущихся в США работах по "Манхэттенскому проекту". В ноябре 1941 г. Центр получил телеграмму, в которой говорилось о попытках группы американских ученых создать "взрывчатое вещество" огромной силы. Разумеется, речь шла об "урановой бомбе", как первоначально называлось атомное оружие.

В июле 1945 г. СССР, США и Англия все еще были союзниками: предстояла кровопролитная война на Дальнем Востоке против Японии, и президент Г. Трумен был заинтересован в том, чтобы Сталин сдержал свое слово о вступлении в эту войну. 17 июля в Потсдаме начала работу конференция глав правительств СССР, США и Великобритании, которая обсуждала вопросы послевоенного устройства Германии. По рекомендации премьер-министра У. Черчилля президент Г. Трумен, только что получивший шифрованную телеграмму об успешном испытании атомной бомбы, сообщил Сталину о создании в США оружия огромной разрушительной силы. Руководители США и Англии хотели проверить реакцию кремлевского диктатора на это сообщение.

Однако реакция Сталина была весьма сдержанной. Он поблагодарил Г. Трумена за сообщенные сведения и никак их не комментировал. Его поведение казалось настолько странным, что Трумен и Черчилль подумали, что Сталин просто не понял, о чем идет речь. Их попытка оказать давление на советского руководителя в ходе Потсдамской конференции и сделать его более сговорчивым успехом не увенчалась.

А Сталин, как свидетельствуют очевидцы, все понял прекрасно. После беседы с западными лидерами он позвонил в Москву И. Курчатову и дал указание ускорить работы по созданию советского атомного оружия.

На самом деле Сталин уже давно был в курсе работ, которые велись в США и Великобритании по созданию ядерного оружия. Внешняя разведка постоянно его информировала об этом.И когда в августе 1949 г. в СССР была взорвана собственная атомная бомба, США и Великобритания, которые считали, что это может произойти не раньше 1955-1957 г, поняли, что американской монополии на ядерное оружие больше не существует.

В последнее время много говорится и пишется о роли внешней разведки в деле создания ядерного оружия в СССР. Для США все ясно: эти коварные русские разведчики просто выкрали атомные секреты у доверчивых янки. Некоторые отставные разведчики, например, П. Судоплатов, готовы приписать все заслуги в создании этого оружия почти исключительно внешней разведке.

Разумеется, и те и другие впадают в крайность. Ядерное оружие в СССР было создано героическим трудом советских ученых, всего народа, создававшего в тяжелейших условиях современную экономику. Что же касается внешней разведки, то ее заслуга в том, что она своевременно привлекла внимание политического руководства страны к ведущимся на Западе работам по созданию принципиально нового оружия и постоянно держало его в курсе событий.

Главные задачи разведки по "Энормозу"

Проблемой расщепления атомного ядра и получения нового источника атомной энергии ученые Германии, Англии, США, Франции и других стран вплотную стали заниматься с 1939 г. Подобные работы велись и в Советском Союзе учеными-ядерщиками Я. Зельдовичем, Ю.Харитоном и другими. Однако начавшаяся война и эвакуация научных институтов в Казань прервали  работы по созданию атомного оружия в нашей стране. Однако наличие в Германии сильной школы физики свидетельствовало об опасности появления у нее атомного оружия и о необходимости определения реальности создания подобного оружия не только в Германии, но и в других странах.

Поэтому перед внешней разведкой стояли следующие задачи по проблеме ядерного оружия, которая в оперативной переписке получила в дальнейшем название "Энормоз":

  • определить круг стран, ведущих практические работы по созданию атомного оружия,
  • информировать Центр о содержании этих работ,
  • через свои агентурные возможности приобретать необходимую научно-техническую информацию, способную облегчить создание подобного оружия в СССР.

В начале апреля 1941 г. Центр принял решение о переходе на линейный принцип работы внешней разведки. Это означало, что оперработники в резидентурах должны были заниматься не всеми вопросами разведдеятельности, а в зависимости от их использования: политическая, экономическая, научно-техническая разведка.

В центральном аппарате было создано специальное подразделение научно-технической разведки. Возглавил его Леонид Квасников. Вскоре в резидентуры внешней разведки в Скандинавских странах, США и Англии ушла ориентировка, в которой ставилась задача по выявлению всей информации, связанной с проблемой создания "урановой бомбы".

Структура внешней разведки в 1941 — 1949 г.

12 августа 1941 г. была утверждена новая структура Центрального аппарата внешней разведки, объявленная приказом по НКВД. Она включала следующие подразделения:

  • Руководство разведывательного управления,
  • секретариат,
  • Школа особого назначения,
  • группы "А", "Б", Отдел Х (связь),
  • девять линейных отделов (Центрально-европейский, Балканский, Западно-европейский, Скандинавский, Англо-американский, Дальневосточные (2 отдела), Средневосточный, 9-й отдел, ведавший вопросами совколонии, оперативного учета, въездными и выездными визами).

Научно-техническая разведка входила в состав 5-го Англо-американского отдела в качестве отделения НТР.

Однако в связи с расширением задач, стоящих перед внешней разведкой, в июле 1943 г. в Государственном комитете обороны рассматривается вопрос о состоянии разведывательной работы. Было принято решение о разделении функций и направлений деятельности военной разведки (ГРУ ГШ) и 1 Управления НКГБ. Внешней разведке НКГБ отводилась роль головной организации по разведыванию проблем создания атомного оружия. В соответствии с постановлением ГКО, военная разведка обязывалась передать НКГБ агентуру, работающую по проекту "Энормоз".

Отделение НТР было реорганизовано в отдел научно-технической разведки.

Руководители внешней разведки в 1941-1949 г.

В годы Великой Отечественной войны внешнюю разведку НКВД/НКГБ бессменно возглавлял Павел Михайлович Фитин.

Его заместителем являлся Гайк Бадалович Овакимян, ранее работавший в США по линии НТР.

С 1939 по 1942 г. начальником отделения научно-технической разведки являлся Леонид Романович Квасников. В 1943 г. он был направлен на разведывательную работу в Нью-Йорк, где занимался вопросами научно и военно-технического направления деятельности разведки, являлся заместителем резидента по линии НТР. Под его руководством были добыты важнейшие материалы по атомной энергии и ее использованию в военных целях, а также информация и образцы техники по вопросам авиации, химии, медицины.

Операции научно-технической разведки

Резидентуры внешней разведки получили ориентировку Центра, нацеливающую их на поиск любой информации по проекту "Энормоз". Эта телеграмма поступила и в скандинавские страны, поскольку с началом войны резидентура в Берлине прекратила существование. Однако наладить получение информации о ведущихся в нацистской Германии работах в области атомной энергии с территории нейтральной Швеции не удалось.

В США Нью-Йоркский резидент Павел Пастельняк в ответ на запрос Центра отправил 24 ноября 1941 г. телеграмму, в которой говорилось, что в Лондон выехали американские профессора Юри, Брагг и Фоулер для работы над взрывчатым веществом огромной силы. Других сведений на тот период из резидентур внешней разведки в США не поступало.

Несмотря на то, что в США с началом войны действовало значительное количество оперработников, научно-техническая разведка НКВД обращала первостепенное внимание на получение технической документации и образцов в первую очередь вооружения и боевой техники. Задача добывания атомных секретов не выделялась в числе приоритетов внешней разведки. Да и кому придет в голову заниматься какими-то теоретическими проблемами в тот момент, когда гитлеровские войска готовятся к последнему броску на Москву. На повестке дня стояли другие, более приоритетные задачи укрепления обороноспособности нашей страны.

Но уже в декабре того же года Белый дом принимает решение о выделении крупных средств на создание атомного оружия. К этому времени американские ученые Л. Сциллард, А. Энштейн, Р. Оппенгеймер и другие накопили множество данных о реальной возможности создания принципиально нового оружия. Резидентуры НКВД в США пока ничего об этом не знали.

Лондонская резидентура оказалась более удачливой. Уже в сентябре 1941 г. ей удалось получить первые достоверные материалы о том, что идея создания атомного оружия приобрела в Англии реальные очертания. От агента внешней разведки Дональда Маклина поступили документальные данные о том, что английское правительство серьезно прорабатывает вопрос о создании бомбы невероятной разрушающей силы, основанной на действии атомной энергии.

16 сентября 1941 г. от Маклина поступает информация, согласно которой британское правительство рассмотрело специальный доклад по созданию в течение двух лет урановой бомбы. Одновременно сообщалось, что летом того же года состоялось заседание Уранового комитета, обсудившего реальность создания атомной бомбы, и что совещание Комитета начальников штабов приняло рекомендацию о немедленном начале работ в этой области. Был создан специальный отдел по руководству работами под наименованием "Директорат Тьюб-Эллойс". Научной работой английских физиков в области атомной энергии руководил специальный Комитет ученых во главе с известным физиком Томпсоном.

Однако информация лондонской резидентуры вызвала недоверие Л. Берии, который считал, что "враги" специально подсовывают дезинформацию, чтобы вынудить СССР в опасное военное время пойти на колоссальные расходы и тем самым ослабить его обороноспособность.

Работа лондонской резидентуры по проекту "Энормоз"

После получения первых информационных сообщений по "Энормозу" в Англии перед научно-технической разведкой возникла задача приобретения источников информации, непосредственно работающих над этой проблемой.

В конце 1941 г. из Лондона поступает информация о том, что США и Великобритания решили координировать усилия своих ученых в области атомной энергии. Позднее, 20 июня 1942 г., во время переговоров в Вашингтоне Черчилль и Рузвельт приняли решение строить атомные объекты в США , так как Англия подвергается постоянным бомбардировкам германской авиации.

В феврале 1942 г. советские фронтовые разведчики захватывают в качестве "языка" немецкого офицера, в портфеле которого была обнаружена тетрадь с непонятными записями. Эта тетрадь пересылается в Наркомат обороны, а оттуда - Уполномоченному по науке ГКО. Было установлено, что речь идет о планах гитлеровцев по использованию атомной энергии в военных целях.

Информация по "Энормозу", полученная из Лондонской резидентуры, в марте 1942 г. докладывается в виде спецсообщения Сталину. Научно-техническая разведка сообщает о реальности создания атомного оружия и предлагает образовать при ГКО научно-консультативный совет для координации работ.

В докладной записке, основанной на сообщениях Д. Маклина, говорилось:

" В ряде капиталистических стран в связи с проводимыми работами по расщеплению атомного ядра с целью получения нового источника энергии было начато изучение вопроса использования атомной энергии урана для военных целей...

... Английский Военный Кабинет, учитывая возможность успешного разрешения этой задачи Германией, уделяет большое внимание проблеме использования атомной энергии урана для военных целей...

... Исходя из важности и актуальности проблемы практического применения атомной энергии урана-235 для военных целей Советского Союза было бы целесообразно:

1. Проработать вопрос о создании Научно-совещательного органа при Государственном комитете обороны СССР из авторитетных лиц для координации, изучения и направления работ всех ученых, научно-исследовательских организаций СССР, занимающихся вопросом атомной энергии урана...

По решению правительства в том же 1942 г. создается специальная лаборатория N 2 (Московская физическая лаборатория ) АН СССР. Возглавил ее И.В. Курчатов, который занимался вопросами атомной энергии.

22 декабря 1942 г. из Лондона в Москву поступает полученный резидентурой подробный отчет о работах по "Энормозу", которые ведутся как в самой Англии, так и в США. Из полученных документов следовало, что американцы значительно опережали англичан в деле разработки атомной бомбы.

Разработка "Манхэттенского проекта" резидентурой в США

Несмотря на то, что ориентировка Центра была направлена в США еще в 1941 г., добиться ощутимых результатов в разработке ученых и специалистов в области "Энормоза" резидентуре долго не удавалось. Это объяснялось тем, что американские спецслужбы создали вокруг ученых, инженеров, техников и рабочих, сосредоточенных в Лос-Аламосе, прочную стену секретности, которую было непросто преодолеть.

27 мая 1943 г. Москва вновь направила в США ориентировку о работе по "Энормозу", указав, что в качестве объектов проникновения следует считать:

  • группу профессора А. Комптона, который руководил всем проектом в исследовательском комитете национальной обороны,
  • Колумбийский университет, прежде всего профессоров Даннинг и Юри,
  • Чикагскую группу,
  • Калифорнийскую группу,
  • фирму "Келлог".

Это задание было поставлено на основе информации, полученной лондонской резидентурой.

В ноябре 1943 г. из Москвы в Нью-Йорк на имя многоопытного резидента Василия Зарубина направляется ориентировка, в которой сообщалось, что в США для работы по "Энормозу" выехал ряд ведущих ученых из Англии, в том числе Клаус Фукс, немецкий эмигрант, член Компартии Германии. Ранее он занимался исследованиями в области быстрых нейтронов в Бирмингемском университете и был завербован разведкой ГРУ.

За время работы с военной разведкой К. Фукс, пошедший на сотрудничество с нами из желания нейтрализовать усилия нацистской Германии по созданию ядерного оружия, передал советской стороне ряд расчетов по ращеплению ядра и созданию атомной бомбы. Эти материалы получили высокую оценку Уполномоченного по науке ГКО. Всего от К. Фукса в 1941-1943 гг. было получено 7 весьма ценных материалов.

В работе с К. Фуксом Центр предложил использовать агента-связника, и разведчики с ним в контакт не вступали.

5 февраля 1944 г. в Нью-Йорке состоялась встреча агента-связника Гарри Голда с К.Фуксом, а 25 февраля он передал копии своих теоретических работ по "Энормозу". За время командировки в США К.Фукса его работой на внешнюю разведку руководили Семен Семенов , а затем Анатолий Яцков, о чем ученый, естественно, не догадывался.

15 июня 1944 г. состоялась последняя встреча агента-связника с К.Фуксом в США перед его отъездом в Англию. Впоследствии из-за неявки агента-связника на встречу связь с К.Фуксом в США была утрачена. Агент пытался посетить К. Фукса на его квартире, однако получил ответ, что тот уехал в Англию.

Причина невыхода агента на встречу с Фуксом объяснялась его большой загруженностью по работе. Для перепроверки полученной информации агент-связник решил посетить сестру К.Фукса в Массачусетсе, где выяснилось, что она вместе с мужем находится в отъезде до 20 сентября. Агент также узнал от соседей, что К.Фукс перед отъездом в Англию заходил к сестре попрощаться. Впоследствии ФБР удалось на основе полученных сведений "вычислить" К.Фукса, которого опознали соседи его сестры, и выдать его английской контрразведке.

Летом 1944 г. неизвестный принес в советское генконсульство пакет на имя посла А.А. Громыко. При вскрытии оказалось, что в нем находятся совершенно секретные материалы по проекту "Энормоз". Установить неизвестного резидентуре не удалось. Центр, получивший эти материалы, оценил их как "исключительно интересные", однако отчитал резидентуру за то, что она не приняла мер по установлению контакта с этим лицом.

11 ноября 1944 г. резидентура получила от источника "Персея" доклад о "лагере-2" в Санта-Фе, а также список лиц, работающих по "Энормозу".

Важную документальную информацию по "Энормозу" удалось получить молодому, но уже приобревшему хороший опыт оперативной работы по линии научно-технической разведки А.Феклисову. Как он писал в своей книге "За океаном и на острове", летом 1942 г. к нему на прием в генконсульство пришел инженер-химик из закупочной комиссии П.Н.Ласточкин, который поведал о своем знакомстве с руководителем инженерной группы "Монти". Эта группа строила химические предприятия в США и за рубежом, в том числе опытный завод в Окридже, штат Теннесси, на котором вырабатывался уран-235.

От "Монти" была получена подробная записка, к которой прилагался рабочий чертеж технологической линии завода по получению урана-235. Материал, добытый А.Феклисовым, получил высокую оценку Центра.

Успехи американской резидентуры по "Энормозу"

Несмотря на то, что периодически получаемые резидентурой внешней разведки в Нью-Йорке материалы по "Энормозу" получали положительные оценки Центра, все же до ноября 1944 г. эта работа носила эпизодический характер. В отличие от лондонской резидентуры, которой удалось наладить бесперебойное получение документальных материалов по ядерной проблематике, советским разведчикам в США не удавалось реализовать задание Центра.

Однако в сентябре 1944 г. А. Феклисов установил контакт с одной американской гражданкой, симпатизировавшей борьбе Советского Союза с гитлеровской Германией. Выяснилось, что ее муж работал в Санта-Фе на заводе, который выполнял заказы по "Энормозу". В декабре 1944 г. его удалось привлечь к сотрудничеству с советской внешней разведкой на идейной основе, а в дальнейшем наладить бесперебойное получение материалов по проводимым в Лос-Аламосе работам по созданию атомного оружия.

В 1945 год принес сотрудникам линии научно-технической разведки в США чувство удовлетворения. Им удалось приобрести несколько источников по "Энормозу" и наладить регулярное снабжение Центра документальной информацией. Она позволяла Москве быть в курсе всех работ, которые проводились в США по созданию "супер-бомбы".

В феврале 1945 г. заместитель резидента по линии научно-технической разведки Л. Квасников с полным правом сообщал в Центр, что агентурная сеть резидентуры по лини НТР "является в основном довольно работоспособной, а по своей технической квалификации стоит на высоком уровне. Большая часть агентов работает с нами не из корыстных побуждений, а на основе дружеского отношения к нашей стране".

Создание атомного оружия в США

В начале июня 1945 г. резидентуре удалось восстановить связь с Клаусом Фуксом. От него была получена подробная документация по устройству атомной бомбы. К. Фукс проинформировал агента-связника, а через него советскую разведку о предстоящем примерно 10 июля 1945 г. первом испытании атомной бомбы.

Поэтому, когда 24 июля 1945 г. Трумен проинформировал Сталина о создании в США нового оружия большой разрушительной силы и своем намерении применить его против Японии, Сталин не проявил никаких эмоций. Он уже имел необходимую информацию от советской внешней разведки.

Это, конечно, был большой успех разведки в США. Но несмотря на то, что Трумен предупредил Сталина о предстоящей бомбардировке Хиросимы и Нагасаки, резидентуре не удалось получить упреждающей информации на этот счет. О бомбардировках она узнала не от своей агентуры, а из пресс-конференции генерала Маршалла 7 августа 1945 г.

Руководитель внешней разведки генерал Павел Фитин писал в рапорте на имя В.Меркулова: " Практическое применение американцами атомной бомбы... открывает новую эпоху в науке и технике и несомненно повлечет за собой быстрое развитие всей проблемы "Энормоз"... Все это ставит "Энормоз" на ведущее место в нашей разведывательной работе и требует немедленных мероприятий по усилению технической разведки".

19 сентября 1945 г. Г.Голд в очередной раз встретился с К.Фуксом. Помимо технических данных по атомной бомбе К.Фукс передал копию меморандума, подготовленного ассоциацией ученых Лос-Аламоса американскому правительству. Ученые, с тревогой говоря об атомном оружии как о "сверхразрушительном средстве ведения войны", настаивали на необходимости создания международной организации для контроля над использованием атомной энергии и предлагали ознакомить другие страны с секретами ее получения.

Меморандум ученых подчеркивал, что через несколько лет и другие страны будут производить атомное оружие и что их соревнование в этой области даст самые бедственные результаты. Как всегда, они были правы, однако американская администрация, получившая в свои руки колоссальную "дубинку", не собиралась делиться секретами ни с кем, даже с Великобританией, несмотря на достигнутые ранее договоренности на этот счет.

Провал К.Фукса

Встречи агента-связника с К.Фуксом в США носили эпизодический характер. До осени 1946 г.  внешняя разведка не имела с ним связи после возвращения ценнейшего источника информации по "Энормозу" в Лондон. В сентябре 1947 г. в Лондон на должность заместителя резидента по линии научно-технической разведки прибыл А.Феклисов, которому было поручено восстановить связь с К.Фуксом.

В конце того же месяца А.Феклисову удалось восстановить контакт с ученым и получить от него информацию о работе по "Энормозу" в Англии и предстоящей конференции американских и английских ученых-атомщиков в США, участником которой он был. Резидентура сделала вывод о том, что английские власти по-прежнему доверяют К.Фуксу, несмотря на его коммунистическое прошлое.

На этой же встрече К.Фукс разъяснил А.Феклисову принцип устройства водородной бомбы, над которой работали в Чикагском университете Ферми и Тейлор.

К.Фукс принял участие в конференции американских и английских ученых в ноябре 1947 г. и собрал ценные сведения по конструкции различных бомб, включая водородную, которые передал по возвращении в Лондон А.Феклисову. Казалось, ничего не предвещало провала столь ценного источника информации по "Энормозу". Однако в апреле 1948 г. Центр получил информацию о провале источника, привлекшего К.Фукса к сотрудничеству с внешней разведкой. Положение самого же К.Фукса пока было нормальным. В июле 1947 г. он вышел на очередную встречу с А.Феклисовым, которому сообщил о работах англичан по созданию атомного реактора.

Однако тучи над К.Фуксом постепенно сгущались. В 1946 г. в связи с предательством одного источника информации резидентуры внешней разведки в США и Игоря Гузенко в Канаде разведывательная деятельность в Америке была полностью прекращена. ФБР произвел аресты американцев, оказывавших помощь советской внешней разведке.

В феврале 1950 г.был арестован Г.Голд, поддерживавший контакт с К.Фуксом во время его поездок в США. 3 февраля того же года лондонская резидентура проинформировала Центр о газетных сообщениях об аресте К.Фукса, которому предъявлено обвинение в "передаче врагу" информации по "Энормозу". Эта информация была доложена непосредственно Сталину.

Анализируя причины провала К.Фукса, работники Центра Л.Квасников и А.Раина пришли к выводу, что он связан с его пребыванием в США. В дальнейшем было установлено, что после взрыва 29 августа 1949 г. советской атомной бомбы ФБР начало интенсивные поиски лиц, причастных к утечке атомных секретов. Связник К.Фукса Гарри Голд вновь был вызван на допрос. Несмотря на то, что он отрицал свое знакомство с К.Фуксом, ФБР произвело негласный обыск в его квартире, где агенты обнаружили план г.Санта-Фе, на котором карандашом было помечено место встречи Голда с Фуксом.

На очередном допросе, используя неопровержимые улики, сотрудники ФБР заставили Г. Голда сознаться в сотрудничестве с советской разведкой и контакте с К.Фуксом. Директор ФБР Э.Гувер доложил президенту Трумену, что источником утечки атомных секретов является английский ученый Клаус Фукс, который во время его командировок в США передавал советским агентам секретные материалы по "Энормозу".

Эти сведения были переданы английской контрразведке МИ-5. В сентябре 1949 г. премьер-министр Великобритании Эттли дал указание приступить к допросам ученого, не отстраняя его от работы в Харуэлле. Ставка делалась на то, что коллеги К.Фукса окажут на него психологическое воздействие. Этот расчет оказался правильным. Находясь в тяжелом морально-психологическом состоянии и понимая, что Гарри Голд его выдал, К.Фукс подтвердил свое сотрудничество с советской внешней разведкой и факт передачи ей секретных материалов по "Энормозу".После письменного признания 2 февраля 1950 г. он был арестован. 1 марта 1950 г. в центральном уголовном суде Олд Бейли состоялся судебный процесс над К.Фуксом. В последнем слове К.Фукс признал свою вину. Суд приговорил его к 14 годам тюремного заключения.

После суда над К.Фуксом комиссия Конгресса США по атомной энергии поручила Э. Гуверу представить ей полные тексты признаний К. Фукса. После их тщательного анализа комиссия пришла к выводу о том, что он передал Советскому Союзу не только результаты научно-исследовательских работ, но и подробные сведения по практическому созданию урановой и плутониевой бомб.

По оценке американских ученых, информация К.Фукса помогла Советскому Союзу сократить срок создания атомного оружия от трех до десяти лет и опередить США по созданию водородного оружия.

Роль внешней разведки в создании атомного оружия

Внешняя разведка не приписывает себе ведущей роли в создании атомного оружия в нашей стране. Однако ее важную роль в этом признают наши ученые. Начиная с 1943 г., когда только разворачивалась широкомасштабная работа научно-технической разведки по "Энормозу" и до испытания в 1945 г. первой американской атомной бомбы, внешняя разведка получила несколько тысяч листов секретной документальной информации.

Выдающийся советский ученый-атомщик И.Курчатов, которому направлялись добытые внешней разведкой материалы по "Энормозу", неоднократно давал им высокую оценку.Так, в заключении по материалам к препроводительной (записке) номер 1/3/22500 от 25 декабря 1944 г. он пишет: " Очень богатый и в разных отношениях поучительный материал. Он содержит теоретически важные указания..."

В марте 1945 г. И. Курчатов, оценивая очередной материал по атомной бомбе, полученный разведкой, пишет: "Материал представляет большой интерес. В нем наряду с разрабатываемыми нами методами и схемами, указаны возможности, которые до сих пор у нас не рассматривались".

В рукописной записке на имя министра госбезопасности В. Абакумова от 31 декабря 1946 г. И. Курчатов отмечает " Материал, с которым меня сегодня ознакомил т. Василевский, по вопросам:

а) американские работы по сверх-бомбе,

б) некоторые особенности в работе атомных котлов в Хенфорде, по-моему, правдоподобны и представляют большой интерес для наших отечественных работ".

Внешняя разведка не только привлекла внимание руководства страны к проблеме создания на Западе атомного оружия и тем самым инициировала проведение подобных работ в нашей стране. Благодаря информации внешней разведки, по признанию академиков А.Александрова, Ю.Харитона и других, И.Курчатов не сделал больших ошибок, нам удалось избежать тупиковых направлений в создании атомного оружия и создать в более короткие сроки атомную бомбу в СССР, всего за три года, тогда как США на это потратили четыре года, израсходовав на ее создание пять миллиардов долларов.

Как отметил академик Ю.Харитон в интервью газете "Известия" от 8 декабря 1992 г., первый советский атомный заряд был изготовлен по американскому образцу с помощью сведений, полученных от К.Фукса. По словам академика, когда вручались правительственные награды участникам советского атомного проекта, Сталин, удовлетворенный тем, что американской монополии в этой области не существует, заметил: "Если бы мы опоздали на один-полтора года, то, наверное, испробовали бы этот заряд на себе".